08.03.2009

Загадка мурзы Салахмира

 

НАХОДКА В СОЛОТЧИНСКОМ МОНАСТЫРЕ

В 2004 году на территории Солотчинского Покровского женского монастыря (пос. Солотча, г. Рязань) во время рытья траншеи под водопровод землекопы обнаружили массивную каменную плиту. На ней были выбиты ровными рядами буквы древнего текста. Текст не был загрязнён и хорошо читался:

ЛЕТА 7051го (1543) ГОДУ АПРЕЛЯ Вь. 23. ДЕНЬ КАК ПО//ЧЕТА СТРОИТИ КАМЕННАЯ ЦЕРКОВЬ ВО ИМЯ ПОКРОВА ПРЕСВЯ//ТЫИ БОГОРОДИЦЫ IС ТОГО МЕСТА ПЕРЕНЕСЕНО ТЕ//ЛО ЗЯТЯ ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ ОЛГА I//ВАНОВИЧА ИВАНА СМИРОСЛАВОВИЧА // СХОРОСМИРА ВО ИНОЦЕХ СКИМНИКА I//ОСИФА ПО УПРОШЕНИЮ РОДСТВЕННИ//КОВ ЕВО ДЛЯ ТОГО ЧТО ПРИЛУЧИЛОС[Ь] БЫСТ[Ь) // ПОД ОЛТАРНОЮ СТЕНОЮ А ПЕРЕНОСИЛ ЕПИС//КОП ОЕОДОСИЙ КОЛОМЕНСКИЙ СО АРХИМАН//ДРИТОМЪ ХРИСАНООМЪ

Эта надпись помогла приоткрыть завесу тайны над одной из загадок в истории Рязанского княжества…

ОЛЕГ ИВАНОВИЧ РЯЗАНСКИЙ

Найденная плита напрямую связана с именами двух видных государственных и военных деятелей Рязанского княжества в XIV — начале XV вв. Первый из них — Олег Иванович, великий князь Рязанский (1350–1402). Имя Олега Ивановича было далеко не последним в русской истории. Широко распространено историческое предание о дипломатической миссии в Рязань преподобного Сергия Радонежского по примирению Олега Рязанского с великим Московским князем Дмитрием Ивановичем Донским. Олег Иванович всегда был самой значительной и любимой фигурой населения Рязанского княжества. Считается, что на Рязанском гербе изображён в виде воина с мечом именно Олег Рязанский. Высоко оценивал роль Олега в русской истории известный историк XIX века К. Бестужев-Рюмин: «В Олеге нельзя не признать значительной энергии и уменья держаться, насколько позволяли силы, между враждующими сильными князьями; стремление противодействовать их усилению составляет характеристическую черту его деятельности». Эти слова — весомый ответ на незатейливые инсинуации об игнорировании князем Олегом общерусских интересов.

Традиционно для русских князей Олег Иванович был искренне верующим православным христианином, отдающим многие силы заботам о процветании Православной Церкви. В 1390 году Олег Иванович заложил Солотчинский монастырь. Вскоре широко одариваемая великим князем и его преемниками поместьями обитель заняла первое место среди рязанских монастырей. Сам Олег Иванович, по основании обители, был пострижен здесь епископом Рязанским Феогностом в монашество с именем Иона, а в 1402 году — в великую схиму с именем Иоаким. 5 июня 1402 году в возрасте приблизительно 64 лет князь-монах скончался и был погребён в основанной им Покровской церкви Солотчинской обители. Немного позднее рядом с ним похоронили и его жену Евфросинью (в схиме Евпраксию), которая скончалась 5 декабря 1406 года. Ныне бренные останки Олега Рязанского покоятся в раке в монастырском храме Святаго Духа.

 

ТАИНСТВЕННЫЙ СХОРОСМИР

Но если об Олеге Ивановиче история сохранила достаточно много сведений, то кто же такой таинственный Схоросмир, которого надпись на плите именует еще и Иваном Смирославичем?

В истории Рязани действительно известен зять князя Олега Рязанского по имени Иван Мирославич. Он упомянут в жалованных грамотах князя Олега, причём в устойчивой форме: «Поговоря с зятем своим с Иваном Мирославовичем». Например, в Актах исторических это место приводится в следующем виде: «Се язъ Князь Великий Олгъ Иванович, поговоря с зятемъ своимъ съ Иваномъ съ Мирославичемъ…». Подобные формулировки свидетельствуют, что Иван Мирославич был одним из главных советников рязанского князя. Но сведения о нём, за пределами вышеупомянутых грамот, отрывочны и противоречивы. В этом-то и заключалась загадка.

Так, на основе неизвестных нам источников, вероятно, позднесредневековых родословцев, известный историк XIX столетия Д.И. Иловайский и некоторые другие исследователи называют Ивана Мирославича и другим, неправославным, именем: «мурза Салахмир». Иловайский реконструировал его историю следующим образом: мурза Салахмир, придя с сильной дружиной из Золотой Орды, вступил в службу рязанского князя Олега Ивановича, а вскоре принял православную веру под именем Иоанн. Олег полюбил своего нового боярина, оказывал ему большой почёт и явное предпочтение перед другими боярами: выдал за него свою сестру Анастасию и пожаловал ему во владение вотчины Верхдерев, Веневу, Растовец, Веркошу, Михайлово поле и Безпуцкий стан.

В 1371 году в междоусобной борьбе Олега Рязанского с великим князем Московским Дмитрием Ивановичем и князем Пронским Владимиром Дмитриевичем побеждает союз Москвы и Пронска. После поражения под Скорнищевым Олег Рязанский вынужден был бежать из Переславля Рязанского. На рязанский стол Дмитрий сажает своего ставленника и союзника Владимира Пронского. Однако Олег Иванович, опираясь на народную поддержку и на сильную конную дружину мурзы Салахмира, изгнал из Переславля Рязанского Владимира Пронского и вновь вернул себе Рязанское княжество.

Интересно, что в поздних источниках имя «Салахмир» передаётся по-разному: Солохмир, Салхомир. Историки предполагали, что это имя можно прочитать и по-другому: Солых эмир или Салах-темир. Трудно объяснить и то, откуда у новоявленного рязанского боярина, крещённого Иваном, появилось отчество «Мирославич». Существует предположение, что отцом Салахмира был русский боярин Мирослав. Согласно другим догадкам, Салахмир сам когда-то был русским князем, потом выехал в Орду, там принял ислам и новое имя, а затем, вернувшись в русские земли, вновь возвратился в исконную православную веру и взял своё исконное имя. Но как всё было на самом деле, нам неизвестно.

 

ТАИНСТВЕННАЯ ЗАВЕСА ПРИОТКРЫВАЕТСЯ

И вот теперь найдена надгробная плита, надпись на которой помогает, пусть и не в полной мере, раскрыть давнюю тайну. Прежде всего, надпись на надгробной плите из Солотчинского монастыря подтверждает сведения поздних родословцев и мнение Д.И. Иловайского о том, что Иван Мирославич до принятия крещения носил восточное имя. В этой надписи он назван Схоросмиром, но речь явно идет об известном нам Салахмире. Об этом говорят одинаковые православные имя и отчество (Иван Мирославич), а также семейная связь с Олегом Рязанским. Скорее всего, семейное предание (плиту ведь установили какие-то дальние потомки Схоросмира/Салахмира/Ивана) успело исказить исламское имя и оно было передано на плите неверно. Ясный пример того, как происходили такие искажения, дает сама надпись на плите: отчество Ивана здесь воспроизведено как «Смирославич», что сразу заставляет вспомнить формулу «поговоря с зятемъ своимъ съ Иваномъ съ Мирославичемъ…» Таким образом, мы наблюдаем типичную ошибку чтения, состоящую в неверном делении букв древнерусского текста на слова: из «съ Иваномъ съ Мирославичемъ» получилось «съ Иваном Смирославичем».

Но, главное, мы узнаем несколько новых сведений, отсутствующих в письменных документах. Во-первых, приведена новая версия имени — Схоросмир. Во-вторых, мы узнаём, что Схоросмир/Салахмир/Иван перед своей кончиной принял схиму с именем Иосифа и был погребен в Солотчинском монастыре, там же, где и его родич князь Олег Рязанский с женой. Наконец, утверждается, что останки рязанского боярина лежали вблизи Покровского храма до 1543 года, когда при отстройке этого храма в камне были перенесены по просьбе родственников.

Таким образом, перед нами более точно предстаёт подлинная судьба бывшего татарского мурзы, поступившего на русскую службу и принявшего православную веру. И эта судьба оказывается непосредственным образом связана с историей Солотчинского монастыря, в котором нашел свой последний приют схимник Иосиф, когда-то славный воинскими подвигами…

Кстати говоря, похожими были и судьбы других выходцев из Орды, оказавшихся в Рязанских землях — все они, поступив на службу к тому или иному рязанскому князю, вскоре принимали православие. Так, считалось, что на службу к Олегу Рязанскому пришел брат Салахмира — Еду-хан, по прозвищу Сильнохитр. Как и брат, Еду-хан принял православную веру и в крещении был наречён Андреем. Интересно в этом случае тот факт, что Еду-хан, скорее всего, был чингизидом, ведь, согласно монгольской традиции, ханами в Золотой Орде именовали только потомков Чингисхана (монгол иного происхождения мог стать эмиром, темником или беком, именно эмирами были Тамерлан и Едигей). А это значит, что и Салахмир мог происходить из рода чингизидов.

Православное крещение принимали и другие ордынские выходцы, оказавшиеся волею судеб в рязанском княжестве: Мурза-Батур принял имя Мефодия, Кичибей стал Василием (или Селиваном), Таптык — Даниилом. Впрочем, известно, что подобный выбор совершали практически все татарские ханы, мурзы и беки, приходившие на службу к русским князьям разных земель.

 

ПОТОМКИ МУРЗЫ САЛАХМИРА

Насколько известно, у Салахмира/Ивана был только один сын — Григорий Иванович. В свою очередь, у Григория Ивановича было четыре сына. Д.И. Иловайский приводит сведения о сыне Салахмира: «Сын Ивана Мирославовича Григорий играл роль главного советника при дворе Олегова внука Ивана Федоровича; о нем также встречается выражение: “Поговоря с дядею своим с Григорьем с Ивановичем”». Значительная роль, которую играл Григорий Иванович в жизни Рязанского княжества, тоже не случайна, более того, типична. Дети выходцев из Орды были уже православными христианами, носили православные имена, и, помня о своём происхождении, гордясь им, тем не менее, ощущали себя уже русскими людьми, вливались в состав русской знати и русского дворянства.

Вот и от Салахмира пошли многие дворянские роды Рязанской губернии и всей России: Вердеревские, Апраксины, Апраксины-Вердеревские, Ханыковы, Крюковы, Шишкины, Дувановы, Ратаевы, Пороватые. Во многом именно они образовали верхушку рязанского дворянства в последующие столетия. Основателями русских дворянских фамилий стали и другие ордынские выходцы, пришедшие в Рязань. От Еду-хана ведёт своё начало дворянский род Хитрово, от Мурзы-Батура — род Петрово-Соловово, от Кичибея — род Коробьиных, от Таптыка — Таптыковы, от царевича Благодена — род Мертваго.

Таким образом, история с мурзой Салахмиром, или Иваном Мстиславичем, близким родственником князя Олега Рязанского — наглядный и поучительный исторический пример родственных контактов русских с мусульманами через династические браки, при сохранении православного начала в брачном союзе. В рязанской истории он имел продолжение в XVII веке в личностях царевичей Касимовских (татар по рождению): принявшего христианство царевича Василия Арслановича и, особенно, его сына царевича Иоакова (блаженного Иоакова, царевича Касимовского), прославившегося своей благочестивой и святой христианской жизнью.


© Все права защищены http://www.portal-slovo.ru

 
 
 
Rambler's Top100

Веб-студия Православные.Ру