01.09.2009

Новейшая история России с позиций национально-государственного патриотизма

Смену эпох в новейшей отечественной истории символически обозначили рабочие технической службы Кремля В. Кузьмин и В. Архипкин. 25 декабря 1991 г. в 19 часов 38 минут они спустили государственный флаг СССР с флагштока над президентской резиденцией и в 19.43 водрузили над Кремлем бело-сине-красное полотнище российского стяга (1). В тот же день РСФСР была официально переименована в Российскую Федерацию. Революция 1991 года потребовала исторического обоснования, положила начало переосмыслению предыдущего опыта российского народа и выработке новой концепции истории. Предпосылки для радикального пересмотра оценок прошлого создавались в период «гласности», с января 1987 г.

В рамках господствовавшего ранее формационного подхода история советского периода представлялась как переход от капитализма к социализму с последующим восхождением последнего по ступеням зрелости от неразвитых форм к более развитым. Последняя из достигнутых фаз официально именовалась «развитым социализмом». С неожиданным крахом социализма многим сторонникам формационного подхода его трактовка представляется неверной. Они полагают, что правильнее было бы говорить о нем как об одной из фаз «раннего социализма», который еще во многом требовалось доводить до развитых форм. Отказ же от самой идеи приверженцы социализма считают исторической ошибкой или преступлением (2).

Неудавшийся опыт социалистического строительства вроде бы оправдывает утверждение о «конце истории». Под этим имеется в виду, что часть человечества, находящаяся на современной капиталистической стадии развития, и впредь будет успешно развиваться при капитализме. «Триумф Запада, западной идеи, — утверждается в статье «Конец истории» американского профессора Ф. Фукуямы, — очевиден прежде всего потому, что у либерализма не осталось никаких жизнеспособных альтернатив» (3).

С этой точки зрения, социализм оказался одним из исторических тупиков, который вынудил пошедшие по нему народы возвратиться на магистральный путь истории и присоединиться к «передовой» части человечества. В наши дни идея о конце истории и одномерности социального прогресса представляется несостоятельной все большему числу авторитетных представителей мировой науки. К примеру, президент Международной социологической ассоциации П. Штомпка полагает, что теория линейного, безвозвратного и прогрессивного развития всех стран и народов по европоцентристской модели опровергается ходом истории и явно недооценивает потенциал других цивилизаций и моделей развития человечества (4).

Как бы то ни было, поражение социалистической идеи в СССР и целом ряде других стран мира существенно поколебало веру в формационный подход к истории человеческого общества. Основу подхода определяет различие способов производства материальных благ на различных этапах истории. Главным двигателем развития капитализма представлялось открытое К. Марксом основное противоречие между общественным характером капиталистического производства и частнособственнической формой присвоения (5). И хотя этот подход, безусловно, не исчерпал своих возможностей при характеристике минувших эпох, его прогностические возможности вызывают все большее сомнение.

С 1943 г., когда был упразднен 3-й Интернационал — знаменитая международная организация, объединяющая с 1919 г. компартии различных стран, — в нашей стране и мире все реже исполнялся созданный в 1933 г. гимн Коминтерна с призывами «заводы вставайте! Шеренги смыкайте! / На битву шагайте, шагайте, шагайте!». Угасает вера и в то, что «огонь ленинизма наш путь освещает, / На штурм капитала весь мир поднимает! / Два класса столкнулись в последнем бою». Давно потерял актуальность и по сути сдан в исторический архив «наш лозунг — Всемирный Советский Союз!». Совсем мало остается приверженцев коммунистических идей, убежденных в том, что уже в ближайшем будущем «все страны охватит восстания костёр!». Вместе с тем, остаются еще члены КПРФ и других партий, считающих: «Мы красного фронта отряд боевой / И мы не отступим с пути своего!» (6). Мировое же коммунистическое движение, имея в своих рядах мощную Компартию Китая и смыкаясь с мировым антиглобалистским движением, продолжает активно влиять на жизнь многих государств (7).

К формационному подходу в определенном отношении оказывается совсем близким и так называемый цивилизационный подход. Он предполагает, что человечество развивается, восходя от дикости к варварству и далее — к современным цивилизованным историческим формам. Так, социализм в свое время изображался цивилизацией высшего типа. «Мы создаем, и мы создадим, — говорил Н.И. Бухарин в 1928 г., — такую цивилизацию, перед которой капиталистическая цивилизация будет выглядеть так же, как выглядит “собачий вальс” перед героическими симфониями Бетховена» (8). Ныне лидерство в развитии видится иначе: «Десятка западных стран движется вперед, а остальные догоняют» (9). В качестве цивилизационного образца чаще всего выставляются США. Ориентируясь на него, отстающие «модернизируются» (10).

Однако при ближайшем рассмотрении обнаруживается, что такая стратегия развития «отсталых» цивилизаций неосуществима, так как модернизировать все человечество по американскому образцу невозможно из-за ограниченности земных ресурсов, львиная доля которых потребляется теми же Соединенными Штатами. Насчитывая около 5% жителей Земли (в октябре 2006 г. население США перешагнуло 300-миллионный порог), они расходуют 23% всей энергии, съедают 15% мяса, на американских дорогах используются 37% всех машин мира. Сегодня американец потребляет в четыре с лишним раза больше энергии, чем усредненный житель планеты, тратит в три раза больше воды, производит в два раза больше мусора и вырабатывает в пять раз больше углекислого газа. Потребляя половину добываемого в мире сырья, более четверти нефтепродуктов, США выбрасывают в воздушный океан Земли треть вредных отходов (11). Заработок гражданина США (39,7 тыс. долларов в год) почти в пять раз больше заработка усредненного жителя планеты (8,54 тыс. долларов). Официальный порог бедности в США составляет 50 долларов в день, а у 3,5 миллиарда жителей Земли нет возможности тратить ежедневно и двух долларов. По международным критериям бедностью считается доход в 2–4 доллара в сутки на человека, а нищетой — менее 2 долларов (12).

К нашим дням сформировалось понятие о «золотом миллиарде» населения земли — одном из шести миллиардов землян, населяющих страны, достигшие высокого уровня технологического развития, — США, Канада, страны Западной Европы, Япония, Австралия, Новая Зеландия, Израиль (13). На граждан этих стран приходится 70% производимой на планете энергии, 75% обработанных металлов, 85% мировой древесины. В 2001 г. «золотой миллиард» распоряжался почти 85% мирового продукта (в 1960 г. — 70%), на него приходилось 84% мировой торговли и 85% финансовых накоплений. В 1960 г. различия в доходах между наиболее богатыми и беднейшими 20% населения мира относились как 30:1, в 1970 г. — как 32:1, в 1990 г. — как 60:1, а к концу 2000 г. — как 100:1 (14). Дальнейшее «улучшение» этих соотношений в пользу «развитых стран» и надежды на некоторое расширение «золотого миллиарда» за счет аутсайдеров фактически лишают перспектив четыре пятых населения планеты, делая их излишними на земном празднике жизни.

Представляется справедливым суждение известного английского историка и социолога А. Тойнби, предостерегавшего, что «тезис об унификации мира на базе западной экономической системы как закономерном итоге единого и непрерывного процесса развития человеческой истории приводит к грубейшим искажениям фактов и поразительному сужению исторического кругозора» (15).

Цивилизационная теория, как и любая другая, имеет право на существование. Но она не является панацеей для человечества. При ряде достоинств ей присущи ошибки, чреватые серьезными последствиями. Претендуя на единственно правильную методологию постижения истории, всецело овладев умами и будучи положенной в основу политической стратегии, «цивилизационная парадигма» «грозит вернуть мир в эпоху крестовых походов и джихадов — с той разницей, что вместо мечей, стрел и копий пойдут в ход ракеты с ядерными зарядами, электронное и информационное оружие» (16). Недавние события в Югославии и Ираке в этом свете предстают как первые крестовые походы под флагом прав человека и утверждения нового цивилизационного порядка.

Обращает на себя внимание и тот факт, что цивилизации в рамках цивилизационного подхода зачастую классифицируются по совершенно произвольной методике. История стран, шествующих впереди других по столбовым дорогам цивилизации, расцвечивается положительными характеристиками исторических фактов, явлений, процессов и личностей. Сочинения же по истории «нецивилизованных» стран изобилуют негативной информацией и антигероями. Все это наблюдается и во многих учебных пособиях по отечественной истории, изданных в последние десятилетия. Они во многом напоминают исторические труды, вышедшие в 1920–1930-х гг. из-под пера историков известной школы М.Н. Покровского, главной задачей которых было показать дореволюционную отечественную историю исключительно в негативном свете.

В исторических расследованиях либеральных историков и журналистов 1990-х гг. советское прошлое моментально предстало как самый темный период отечественной истории — цепь авантюрных попыток осуществления социальной утопии, тоталитаризм, административно-командный режим с нечеловеческим лицом, немотивированные репрессии, паранойя и маразм лидеров, насилие над народами, погружение страны в застойное историческое болото. С помощью такого «цивилизационного» подхода в школе и университете можно взращивать только национальных нигилистов, антипатриотов, внутренних и внешних эмигрантов.

Ограниченность формационного и цивилизационного подходов к истории, представляющих путь народов как линейное восхождение от низших форм к высшим, развитие по неким «передовым образцам», как модернизационные переходы от традиционных обществ к современным, преодолевается так называемым синергетическим подходом к истории. Появление этого научного подхода связано с творчеством бельгийского ученого российского происхождения И.Р. Пригожина, удостоенного в 1977 г. Нобелевской премии за работы по термодинамике неравновесных систем (17), и немецкого физика Г. Хакена, давшего в 1973 г. изученным им эффектам самоорганизации в лазерном излучении название «синергетика» (от греч. synergeia — совместное, согласованное действие) (18). К нашим дням выяснилось, что этот диалектический метод познания имеет универсальный характер и применим для постижения закономерностей развития общества. Синергетика все более играет роль сквозной междисциплинарной теории, активно входит в методологию исторической науки.

В этой связи трудно согласиться с автором, полагающим, будто «успешность включения новой историософии в учебные тексты по российской истории в значительной степени объясняется тем, что она позволяет эклектически соединять элементы формационного, цивилизационного и других подходов, с идеологическими “державно-национальными” построениями, содержательно корректировать соотношение марксистско-советской и модернизационной версий истории» (19).

Синергетический подход основан на таких понятиях, как нелинейность, неустойчивость, непредсказуемость, альтернативность развития. Историков это привлекает новым взглядом на развитие неустойчивых ситуаций в историческом процессе, для чего требуется учитывать влияние на него разного рода случайностей, малых воздействий, которые невозможно предугадать и прогнозировать. Особую значимость для понимания истории приобретает развитие в точке бифуркации — точке ветвления процесса, являющейся отправной для новой линии эволюции. Яркий исторический пример представляет собой социальная революция, означающая кардинальную перестройку общественной системы. С понятием бифуркации неразрывно связано представление о так называемом аттракторе. Академик Н.Н. Моисеев объясняет эту связь следующим образом. Развитие динамической системы любой природы происходит в некотором аттракторе — ограниченной «области притяжения» одного из стабильных или квазистабильных состояний системы. Сложные нелинейные системы могут обладать большим числом аттракторов. В силу ряда причин: чрезмерно большой внешней нагрузки или накопления флуктуаций (противоречий в обществе) — ситуация однажды может качественно измениться, и система относительно быстро перейдет в новый аттрактор, или канал эволюции. Подобная перестройка системы называется бифуркацией (20).

Главное отличие нового подхода от классических заключается в том, что в рамках классической науки царствовали принципы детерминизма, а случайность считалась второстепенным, не оставляющим следа фактором в общем потоке событий. Неравновесность, неустойчивость воспринимались как нечто негативное, разрушительное, сбивающее с «правильной» траектории развитие, которое мыслилось как безальтернативное. В синергетике идея эволюционного подхода сочетается с многовариантностью исторического процесса и многомерностью истории. С позиций синергетики ХХ век человеческой истории представляется настоящим веком бифуркации. Об этом, в частности, свидетельствует труд известного философа науки Э. Ласло (21). Как пишут авторы монографии «Синергетика и прогнозы будущего», «развитие нелинейной математики, синергетики, а с ними и нового взгляда на мир и условия жизни в нем — не очередная мода, а естественная стадия развития науки и культуры» (22).

Синергетический подход дает представление о сложности изучаемых в природе и обществе процессов. Однако трудно ожидать, что он может быть уже в ближайшее время реализован при создании обобщающих трудов по отечественной истории. Следует иметь в виду особенности задач, решаемых обществоведами. Физики, добившиеся за последний век фантастических достижений в своей области, полагают, что их наука изучает «простейшие и вместе с тем наиболее общие закономерности явлений природы, свойства и строение материи и законы ее движения» (23). Перед аналогичными задачами, необходимостью установления наиболее общих закономерностей в развитии страны и российского общества, стоят историки. Однако решить такие задачи им оказывается труднее, потому что общество как объект познания неимоверно сложнее объектов, изучаемых естественными и «точными» науками. Известно, что «расколоть ядро атома оказалось намного проще, чем поломать предрассудки в сознании людей» (А. Эйнштейн).

Историю творят миллиарды существ, наделенных разумом и чувствами. Они исполняют различные роли на разных этапах жизни, решают как собственные, так и проблемы сообществ, в которые оказываются включенными не только по своей воле. История любого государства — это судьбы отдельных людей, их отношения друг с другом, положения в коллективах и общественных объединениях, участие в делах семьи, организации, страны. Человек с рождения оказывается в перекрестии взаимодействий различных сторон жизни общества (экономика, политика, право, мораль, религия и т.д.). И в каждой из этих областей может оставить более или менее заметный след, результат творчества и свершений.

Интегральное понимание соотношений индивидуального, социального и общечеловеческого в общественно-историческом развитии чрезвычайно затруднено. Время кардинальных перемен в общественной жизни многократно усложняет проблему. Ситуацию переходного периода в историографии хорошо иллюстрирует статья А.П. Логунова, проанализировавшего кандидатские и докторские диссертации по отечественной истории, выполненные в 1990-е гг. Авторы этих работ заявили о своем разрыве с такими качествами советской историографии, как излишняя политизированность (71%), идеологизированность (58%), невозможность ставить и решать избранную проблему (42%), ориентированность исследователей на прямые фальсификации (13%), монополия одной группы историков (14%). Основная масса диссертантов заявили, что их исследования принадлежат к «новой традиции». Новизна исследований заключена, по определению авторов, в отказе от формационного подхода к интерпретации исторического процесса (61%), в опоре на цивилизационный подход к истории (73%), в синтезе формационного, цивилизационного и культурологического подходов (28%), во всестороннем рассмотрении предмета исследования (14%) (24).

Плюрализм подходов, как говорится, налицо. Однако это не избавляет историков от необходимости создавать правдивые исторические полотна. Достоверные знания о прошлом своей страны и ее современном состоянии необходимы каждому современному человеку, ведь «человек может быть полезен своей стране только в том случае, если ясно видит ее» (25). Учебные пособия и предназначены для того, чтобы способствовать выработке такого видения, иначе говоря, хорошего понимания, формированию у учащихся не только необходимых знаний, но и лучших гражданских и патриотических качеств.

Нелишне напомнить, что историк сам должен обладать этими качествами. Лишь в этом случае он может соответствовать высоте своего призвания. «Историк — писал патриарх отечественной историографии Н.М. Карамзин, — должен ликовать и горевать со своим народом. Он не должен, руководимый пристрастием, искажать факты, преувеличивать счастие или умалять в своём изложении бедствия; он должен быть прежде всего правдив; но может, и даже должен неприятное, всё позорное в истории своего народа передавать с грустью, а в том, что приносит честь, о победах, о цветущем состоянии говорить с радостью и энтузиазмом. Только таким образом может он сделаться национальным бытописателем, чем прежде всего должен быть историк» (26).

У великого А.С. Пушкина есть такие слова: «Я далеко не восторгаюсь всем, что вижу вокруг себя... но клянусь честью, что ни за что на свете я не хотел бы переменить отечество или иметь другую историю, кроме истории наших предков, такой, какой нам Бог ее дал» (27). В этих словах заключено не только высокое патриотическое чувство, но и констатация очевидного. Другой истории у народа не может быть, даже если этого очень бы хотелось. Прошлое историкам, как и всем людям, неподвластно, его можно познать, но нельзя изменить. Уместно вспомнить также утверждение выдающегося историка В.О. Ключевского о том, что правдивая история, историческое воспитание, формирование исторического сознания является непреложным условием бытия народа: «Без знания истории мы должны признать себя случайными, не знающими, как и зачем мы пришли в мир, как и для чего в нем живем, как и к чему должны стремиться». Развивая эту мысль применительно к соотечественникам, ученый полагал, что «каждый из нас должен быть хоть немного историком, чтобы стать сознательно и добросовестно действующим гражданином» (28).

Объективная история — продукт честного исследователя и патриота. Л.Н. Толстой писал об особой значимости для историка евангельской заповеди «Не лжествидетельствуй». В его дневнике значится: «Эпиграф к истории я бы написал: “Ничего не утаю”. Мало того, чтобы прямо не лгать, надо стараться не лгать отрицательно — умалчивать» (29). Современный историк В.Д. Соловей справедлив в своем утверждении: «Объективно писать историю своей страны и своего народа способен лишь тот, кто любит их и признаёт их безусловную ценность. Патриотизм — не антитеза объективности, а её важнейшая предпосылка. Что, кстати, прекрасно знают англосаксы с их знаменитым девизом: my country — right or wrong! (это моя страна, права она или нет!). Сверхлиберальные американцы выражаются ещё более радикально: люби Америку или убирайся! А уж об американской (равно — английской, французской и т.д.) манере писать собственную историю и говорить нечего. Крупный современный английский историк назвал её агрессивным самовосхвалением» (30). Русской манере самовосхваление не свойственно.

Историческая наука выполняет важнейшую общественную функцию — способствует сохранению и обогащению исторической памяти народа. В первую очередь — о великих событиях далекого и недавнего прошлого, о славных именах и деяниях предков. «Когда мы любим, гордимся отечеством — это значит, что мы гордимся его великими людьми, т.е. теми, которые сделали его сильным и уважаемым на исторической сцене», — говорил наш выдающийся соотечественник, академик И.П. Павлов (31). Историческая память, в свою очередь, выполняет функции интеграции общества, скрепляет единство поколений, создает представление об общей исторической судьбе и исторической ответственности, поддерживает нравственное здоровье общества, питает национальную гордость. С этой точки зрения, представляется важным, чтобы история писалась представителями и с позиций защиты интересов и ценностей государствообразующего народа, потому что «тот, кто пишет историю, контролирует настоящее» (32).

Пренебрежение историей вредит ее творцам, ибо, как говорил выдающийся мыслитель и поэт ХХ века Т. Элиот, «реальное будущее может быть построено только на основе реального прошлого» (33). Характерно, что нигилизм в отношении истории, ее обесценение, изображение прошлого «темным», «проклятым», «мрачным», «рабским», и на этой основе прекращение преподавания истории в школах и университетах, санкционированное российской властью после революции 1917 г., продержались недолго. В начале 1930-х гг. история России была вновь востребована. Действующая власть для обоснования своего права на место в истории была вынуждена доказывать, что она призвана направлять развитие страны к благу граждан, но справляется с этим лучше и эффективнее прежних властителей. Только в случае легитимации власти в качестве законного наследника тысячелетней истории России руководству удается сплотиться с народом. И только в этом случае власть заручается патриотическим настроением народа, способным защищать страну во времена суровых испытаний, успешно развивать государство, обеспечивать его благоденствие.

Отечественная история была не в чести и какое-то время после Августовской революции. По прошествии времени Б.Н. Ельцин говорил: «Я в 1991 году ставил перед собой в качестве главной задачу всю жизнь повернуть круто и наоборот. Поэтому я подобрал команду, которая ничего из прошлого не ценила и должна была только строить будущее» (34). Необратимость революционных преобразований в России предлагалось обеспечить даже ценой утраты национального суверенитета. Главный ельцинский специалист по межнациональным отношениям Г. Старовойтова приветствовала американскую идею «Клуба цивилизованных государств», согласно которой группа «цивилизованных» стран создает единое демократическое правительство, имеет свою прессу и суд и берет на себя моральное право и обязанность устанавливать «новый порядок» в любой стране (35). А профессор В. Корепанов предлагал согласиться на то чтобы колонизировать бывший СССР на определенное время развитыми странами. Для Запада, полагал он, «мы представляем интерес как рынок, богатый сырьем и человеческими ресурсами… Естественно, надо обратиться к Западу с просьбой прикрепить отдельные республики и регионы к развитым странам. Допустим, Россию — к США и Японии, Украину — к Англии, Белоруссию — к Франции. Понадобится создать смешанную администрацию по управлению колониями» (36). На практике первыми результатами ельцинского руководства стало разрушение всей советской коммунистической системы и советской экономики. «Наверное, по-другому было просто нельзя, — утверждал Ельцин. — Кроме сталинской промышленности, сталинской экономики, адаптированной под сегодняшний день, практически не существовало никакой другой. А она генетически диктовала именно такой слом — через колено. Как она создавалась, так и была разрушена» (37).

Позднее оказалось, что так мыслил не только Ельцин. М.С. Горбачев в конце 1999 г. признался: «Целью моей жизни было уничтожение коммунизма... Именно для этой цели я использовал свое положение в партии и стране... Мне удалось найти сподвижников в реализации этих целей. Среди них особое место занимают А.Н. Яковлев и Э.Г. Шеварднадзе, заслуги которых, в нашем общем деле просто неоценимы» (38). А.Н. Яковлев, вспоминая в том же году времена разоблачения «культа личности Сталина», писал: «Давным-давно, более 40 лет назад, я понял, что марксизм-ленинизм — это не наука, а публицистика — людоедская и самоедская... После XX съезда в сверхузком кругу своих ближайших друзей и единомышленников мы часто обсуждали проблемы демократизации страны и общества. Избрали простой, как кувалда, метод пропаганды “идей” позднего Ленина. Надо было ясно, четко и внятно вычленить феномен большевизма, отделив его от марксизма прошлого века. А потом без устали говорили о гениальности позднего Ленина, о необходимости возврата к ленинскому “плану строительства социализма" через кооперацию, через государственный капитализм и т. д. Группа истинных, а не мнимых реформаторов разработала (разумеется, устно) следующий план: авторитетом Ленина ударить по Сталину, по сталинизму. А затем, в случае успеха, Плехановым и социал-демократией бить по Ленину, либерализмом и “нравственным социализмом” — по революционаризму вообще» (39). В 1996 г. Лужков поведал народу о своей давней мечте «собрать вместе всех бронзовых и гранитных советских вождей» и разместить их на берегу Москва-реки, чтобы дети знали антигероев отечественной истории и не забывали эпоху «политического насилия, от которого стонут неупокоенные души миллионов» (40). В результате широкого распространения таких устремлений революция 1991 года привела к победе либерализма, покончив не только с социализмом, но и с Советским Союзом.

Первое постсоветское десятилетие, точно так же как и десятилетие после 1917 г., прошло под знаком отказа от постановки проблем патриотического воспитания. Однако в последнее время наметились перемены. Если в 1990-е гг. средства массовой информации активно призывали россиян осудить имперское прошлое и стремление к великодержавию, не цепляться «за архаичные национальные идеалы», осуществить «розовую мечту российского космополитизма» и стать, наконец, частью Европы (41), то с недавних пор официальная риторика меняется «с абстрактно-демократической на национал-патриотическую, подавляющее большинство либеральных партий только и говорят, что о Великой России... Запретные слова “нация” и “империя” обрели легальный статус в общественном сознании» (42).

К нашим дням обрело легальный статус и запретное ранее слово «национализм» (иначе говоря — национальный патриотизм). В канун Великой Отечественной войны И.В. Сталин пришел к пониманию благотворности «здорового, правильно понятого национализма» (43), однако во всеуслышание заявить об этом не отважился. Для В.В. Путина проблемы в этом отношении не существует. 8 марта 2008 г. на совместной с канцлером Германии А. Меркель пресс-конференции он заверил журналистов, что новый российский президент «в хорошем смысле такой же русский националист, как и я. Он настоящий патриот и будет самым активным образом отстаивать интересы России на международной арене» (44).

Такая позиция в политике вполне совмещается с подходом к анализу исторических фактов с точки зрения национально-государственных интересов. Представляется очень важным при этом не противопоставлять русскую и другие российские этнонации российской политической (гражданской) нации, и соответственно, русский национализм российскому. Между тем такое контрпродуктивное, на наш взгляд, противопоставление делается. К примеру, автор призывов «забыть о нации», исполнить «реквием по этносу» (45), предлагает в то же время «всеми доступными методами... решительно утверждать российский национализм, имея в виду осознание и отстаивание национального суверенитета и интересов страны, укрепление национальной идентичности российского народа, утверждение безоговорочного приоритета самого понятия российский народ. Всякие другие варианты национализма на основе этнических крайностей — от имени одного государствообразующего народа или от имени “дружбы народов” — несостоятельны и должны быть отвергнуты» (46). Отличительной чертой русских в их истории было стремление не покорять и не господствовать над соседними народами, а научится жить вместе. Русская цивилизация и в наши дни «может предложить человечеству древнюю культуру, идеал которой — не двигать куда-то мир, а сосуществовать с ним, не в беге времени, а в идее вечности» (47).

С уходом вглубь истории событий августа 1991 г. все более отрезвляются и недавние вершители революции, задаваясь вполне здравыми вопросами на темы отечественной истории. «Почему в своей истории, в том числе и в истории СССР, — пишет, например, известный в прошлом ельцинист В.В. Костиков, — мы выискиваем только пороки, только преступления? Нельзя забывать историю раскулачивания, ограбление деревни, разгром православной церкви, чистку комсостава Красной Армии, засилье цензуры, гонения на инакомыслящих, пороки “культа личности”. Но в истории России ХХ века были и колоссальный экономический подъем, индустриализация, взлет науки, доступность культуры и образования для всех слоев населения. Был дух коллективизма и энтузиазм населения, которых так не хватает сегодня. А дружба народов? Ведь она существовала не только в виде знаменитого фонтана на ВДНХ, но и в реальности» (48). Весьма показателен сдвиг в умонастроении мэра Москвы Ю.М. Лужкова, посчитавшего необходимым восстановить «прекрасный монумент, который являлся доминантой Лубянской площади» до 1991 г. В сентябре 2002 г. образ Ф.Э. Дзержинсого стал ассоциироваться у мэра уже не с политическими репрессиями, не с борьбой с преступностью и даже не с созданием органов госбезопасности, а «с разрешением проблем бродяжничества, восстановлением железных дорог и подъемом народного хозяйства» (49). 10 апреля 2009 г. узаконено празднование знаменательной даты 7 ноября — как дня проведения военного парада на Красной площади в Москве в 1941 г. в ознаменование двадцать четвертой годовщины Великой Октябрьской социалистической революции (50).

Немеркнущие ценности государственничества и патриотизма приобретают в России свою былую значимость с началом новой, постельцинской главы в отечественной истории. Выступая на открытии Центра стратегических разработок в Москве в конце 1999 г. В.В. Путин заявил: «Что касается национальной стратегии, то мы здесь все единомышленники и хотим одного: чтобы Россия стала великой державой» (51). Новое «великодержавничество» неразрывно связывается с объединяющей идеологией, которая заключается в патриотизме. «Если говорить о какой-то объединяющей идеологии, — говорил В.В. Путин, — то для такой сложной, федеративно устроенной, многонациональной и многоконфессиональной страны, как Россия, одним из самых существенных объединяющих факторов должен быть общероссийский патриотизм. И, конечно, одним из его оснований является наша история» (52).

Новый поворот в отношении истории, научной и учебной исторической литературы был обозначен 27 ноября 2003 г. На встрече с учеными-историками в Российской государственной библиотеке В.В.Путин высказал определённые требования к учебникам. «Современные учебники для школ и вузов не должны становиться площадкой для новой политической и идеологической борьбы, в этих учебниках должны излагаться факты истории, они должны воспитывать чувство гордости за свою историю, за свою страну, — подчеркнул президент. — В своё время, историки напирали на негатив, так как была задача разрушить прежнюю систему; сейчас у нас иная, созидательная, задача» (53). При этом необходимо снять всю шелуху и пену, которые за эти годы наслоились». Несколько позднее был усилен барьер расширению национал-нигилистических настроений в российском обществе. Им была противоставлена здоровая позиция убежденных в том, что «будущее не в исчезновении великих наций, а в их сотрудничестве» (54).

С особой силой государственно-патриотические идеи прозвучали в Послании Президента России Федеральному собранию в 2007 г. (55) Логика истории, логика внутри- и внешнеполитического развития России после декабря 1991 г. к этому времени в очередной раз высветила и сделала почти всеобщей мысль, в которой неоднократно утверждались наши предки в критические моменты на разных этапах истории: «Либо мы станем могучими и влиятельными, либо нас не будет вообще» (56). 26 августа 2008 г. Россия признала государственную независимость Южной Осетии и Абхазии. Этот акт представляется порой не иначе как «началом практического воссоздания Российского Союза, то есть того государства-цивилизации, которое в разные периоды своей жизни называлось Великим княжеством Московским, Московским царством, Российской империей и Советским Союзом» (57).

С 2001 г. в России началась целенаправленная работа по патриотическому воспитанию. Она велась в соответствии с Государственной программой «Патриотическое воспитание граждан Российской Федерации на 2001–2005 гг.» (58). В аналогичной программе, рассчитанной на следующие шесть лет, средствами воспитания названы страницы как досоветского, так и советского прошлого (59). Воспитатели вынуждены были вновь внимательно присматриваться к нашему прошлому и опираться «на все то положительное, что дал тысячелетний опыт нашего государства, в том числе и 74 года коммунистического правления» (60). В этой связи заместитель главы Администрации Президента подчеркивал: «Ни в коей мере Советский Союз не заслуживает какого-то огульного осуждения: это все — наши ближайшие родственники, это фактически мы сами... Не будем забывать, что мы живем на наследство, доставшееся нам от Советского Союза, что мы пока мало сделали сами» (61).

В России вновь, как и в середине 1930-х годов, появилась потребность выдвинуть на первый план в новой системе образования обществоведение и отечественную историю. И в этом нет ничего удивительного, ибо со времен А.С. Пушкина считалось, что именно изучение России должно преимущественно занимать умы молодых людей, «готовящихся служить отечеству верою и правдою, имея целию искренно и усердно соединиться с правительством в великом подвиге улучшения государственных постановлений, а не препятствовать ему, безумно упорствуя в тайном недоброжелательстве» (62). В июне 2007 г. состоялась встреча Президента России с участниками Всероссийской конференции преподавателей общественных наук. На ней говорилось о «стандартах образования», которые обеспечивали бы фундаментальные исторические знания, обоснованные оценки. Говорилось также и о том, что в пособиях по истории должна быть представлена альтернативная точка зрения, средство против стандартизации мышления. Однако в них не должно быть перегибов, оскорбляющих историческую память и национальное чувство. Трагические страницы истории (они были не только у нас; пострашнее еще были в истории других стран, например, колониальные захваты, нацизм, применение ядерного и химического оружия в отношении гражданского населения), не должны забываться, но и не должны использоваться для навязывания чувства вины (63). Появились учебники и учебные пособия, созданные с учетом материалов этого совещания (64).

Принцип историзма обязывает рассматривать явления и события в их возникновении и развитии, неразрывной связи с конкретными историческими условиями. Понимаемый таким образом историзм совпадает с научной объективностью, исключая архаизацию настоящего и модернизацию прошлого. Принципу историзма целиком соответствуют высокие стандарты русской школы историков (ее яркими представителями в ХХ веке были С.Ф. Платонов, Е.В. Тарле, Б.Д. Греков) с такой его чертой, как научный реализм, сказывающийся прежде всего в конкретном, непосредственном отношении к источнику и факту, вне зависимости от историографической традиции. Неудовлетворенность результатами изучения истории советского общества, которая часто демонстрируется в постсоветской историографии, не имеет никакого отношения к принципу историзма и научному реализму.

Народы России, объединенные общностью судьбы и пределами своей страны, на протяжении минувшего века прошли путь, несоизмеримый по масштабу свершений и драматизму ни с одним из известных историкам столетий. Первая половина века вместила две мировые войны, троекратные революционные потрясения основ жизни, Гражданскую войну, две коренные перестройки общественного сознания и хозяйствования. Люди, свершившие великую революцию 1917 г., стремились к радикальному обновлению общества и жили неодолимой жаждой созидания. Неимоверные усилия вложены в социалистическую перестройку деревни и города. В результате удалось создать огромный экономический, научно-технический и военный потенциал, который позволил вывести страну на уровень наиболее развитых держав мира и отстоять ее независимость в противоборстве с фашизмом. К середине 50-х гг. Советский Союз значительно сократил отставание от США в производстве валового внутреннего продукта (совокупная стоимость конечных товаров и услуг, произведенных на территории страны, в соизмеримых ценах). С 60-х гг. разрыв снова увеличивался. В 1955 г. ВВП СССР составлял 35% от ВВП США, в 1965 — 28; в 1975 — 27; 1985 — 22; 1990 –17; 1995 — 9; ныне — 5,8%. По данным на 2006 г., ВВП Российской Федерации составлял примерно 700 миллиардов долларов, ВВП США — около 12 триллионов долларов (65).

Политической культуры народа, мечтавшего о построении свободного и справедливого общества, оказалось недостаточно для решения задач, выдвинутых Великой Октябрьской революцией. Руководство страны не сумело адекватно воплотить народные ожидания в соответствующие программы действий. В стране постоянно возникали социальная напряженность и кризисные ситуации, сопровождаемые острейшими столкновениями на властном Олимпе, беззастенчивым использованием грубого принуждения и насилия в отношении сограждан как средства в строительстве «светлой жизни». Советскому обществу не удалось отладить систему самоуправления и действенного контроля «низов» над «верхами», без чего они оказались беззащитными перед диктатурой вождей и всевластием партийно-государственной элиты.

После свершения революции 1917 г. в истории России — СССР выделяются периоды: Гражданской войны, нэпа, форсированного социалистического строительства. Особого внимания при этом заслуживают образование СССР на месте государств, возникших в результате распада бывшей царской России; утверждение в 1924–1927 гг. концепции «строительства социализма в одной стране» вместо безуспешного инициирования мировой революции; индустриализация и коллективизация, принятие Конституции СССР 1936 г., так называемый «большой террор» 1937–1938 гг. (на наш взгляд, реально отделяющий последующие этапы истории СССР от предыдущих); заключение пакта о ненападении с Германией. Закономерен неизбывный интерес к истории Великой Отечественной войны, сопровождавшейся крайним напряжением сил и неисчислимыми жертвами, принесенными советским народом во имя свободы и независимости своего Отечества.

Не менее драматичной оказалась и послевоенная история. Советскому Союзу, по сути дела, не удалось выйти из войны с «капиталистическим окружением» и заняться мирными делами. Как выяснилось вскоре после поражения Германии, в 1945 г. война для СССР не закончилась, изменился лишь ее фронт и характер, парадоксальным образом превратившись в «холодную войну» уже с Соединенными Штатами Америки и их союзниками, которые видели угрозу своим странам в самом существовании СССР. В этой изнурительной войне наша страна проиграла. Правители побежденной страны, не особенно считаясь с мнением народа, сочли возможным признать государственную и общественную систему победителей лучшей, достойной для подражания.

Распад Советского Союза, который сегодня предстает не иначе как «крупнейшая геополитическая катастрофа столетия» (66) и воспринимается массовым сознанием россиян не иначе как «главное разочарование XX века» (67), по крупному счету является результатом целенаправленного разрыхления в советское время русского национального сознания. Элементы его ущербности отмечены еще А.С. Пушкиным, который говорил что «мы ленивы и нелюбопытны» (68) ко всему, что касается своей страны, власти и нации. С десятилетиями интернационалистской пропаганды в советское время эти черты проступали все более явственно. Средства массовой информации преувеличивали разнородность русской нации, «смешанность» ее состава (при умолчании о разнородности и смешанном характере таких государствообразующих народов как англичане, французы, немцы, итальянцы, испанцы, китайцы и др.) (69). Результатом было усиление коррозии национального самосознания и национального единства русского народа. К концу 1980-х годов в русском народе было до последней степени ослаблено чувство национализма (по сути дела здоровый национализм приравнивался к шовинизму и находился под официальным запретом), а значит, и готовности к осознанной защите интересов нации и национального государства. Этим недугом оказался особенно сильно поражен правящий класс русско-советской номенклатуры. Только в этом видится объяснение той легкости, с которой первые лица в государстве отважились на предательство национально-государственных интересов и разрушение государства, произошедшее при молчаливом наблюдении со стороны почти всей номенклатуры, многомиллионных КПСС, комсомола и беспартийных народных масс (70).

Непосредственной причиной краха СССР были экономические трудности. Их выражением стало особенно заметное с 1970-х гг. снижение темпов прироста валового внутреннего продукта, отставание во внедрении достижений научно-технического прогресса, неспособность руководителей страны к реформам и к обеспечению уровня жизни, соответствующего уровню развития производительных сил. Тот факт, что во многих странах мира, находящихся на более низком уровне технологического и экономического развития, показатели потребления товаров первой необходимости на душу населения были выше, чем в СССР, сыграл далеко не последнюю роль в стимулировании дезинтеграционных процессов. К концу 1980-х гг. мысль о неэффективности плановой экономики и необходимости замены ее рынком, становится едва ли не всеобщей и среди советских обывателей, и среди ученых экономистов. Многими она воспринималась как доведенная до логического конца косыгинская экономическая реформа.

Западные специалисты уверяли, что переход к рыночной экономике моментально излечит больную советскую экономику. Американский ученый, лауреат Нобелевской премии М. Фридмен в 1988 г. утверждал, что если в Советском Союзе будет разрешена рыночная система, то «через месяц практически каждый будет жить лучше, за исключением аппаратчиков». Советский экономист академик Л.И. Абалкин был скромнее в своих обещаниях, но и он полагал, что после перехода к рынку в СССР «уже примерно через полтора-два года наступит период сначала стабилизации, а затем расцвета экономики, заметного роста благосостояния народа» (71). Ученые выкладки светил экономической науки не могли не подогревать прозападные настроения в СССР.

В результате, в 1991 г. общесоюзный центр не смог удержать в своем силовом политическом поле прозападно настроенную элиту ряда сравнительно благополучных в экономическом отношении союзных республик, население которых оказалось наиболее захваченным рекламой западного общества потребления. Более бедные республики оказались просто брошенными на произвол судьбы. Так или иначе, в 2004 г. руководителям России пришлось констатировать: «Сегодня мы живем в условиях, сложившихся после распада огромного, великого государства. Государства, которое оказалось, к сожалению, нежизнеспособным в условиях быстроменяющегося мира» (72). Роспуск СССР был непоправимой ошибкой «революционеров» 1991 года. А.Н. Крайко, известный ученый, народный депутат СССР, в 1989 г. — член Межрегиональной депутатской группы, по прошествии лет высказал то, с чем согласились бы многие граждане СНГ: «Да, надо больше демократии во взаимоотношениях центра и союзных республик, но идти вперед, развиваться надо только вместе», не допуская «всяческих отделений». Тем более, имелся «перед глазами пример китайцев, сумевших сохранить целостность страны. И вообще наш предыдущий горький опыт доказывает: серьезные преобразования надо проводить только при очень жесткой централизованной власти. Расшатывание политической системы в этот период недопустимо. Наоборот, требуется, я бы сказал, усиленная диктатура. ... Мы тогда даже не понимали, что живем в экстремальных природных условиях. И уже по этой причине не можем жить как там, на Западе. Да еще под прессом извечной враждебности Запада к России…» (73)

К настоящему времени в процессе реформ в России осуществлена либерализация почти всех факторов производства. В России, как и в большинстве стран мира, господствует монетарно-либеральная или неолиберальная модель экономического развития. Тем не менее, за десятилетие реформ, с 1989 по 1998 г. производство ВВП в России сократилось до 55,2% (т.е. на 44,8 процентных пунктов (74)), продукции промышленности — до 45,8%, по инвестициям в основной капитал — до 20,9%, по доходам населения — до 52,3% (75).

Начавшийся после 1999 г. экономический рост все еще остается неустойчивым, базируется в основном на сырьевом экспорте. В Послании Президента РФ Федеральному собранию (25 мая 2004 г.) отмечено, что «за время длительного экономического кризиса Россия потеряла почти половину своего экономического потенциала. За четыре последних года мы смогли компенсировать около 40% падения». В 2004 г. реальные доходы россиян достигли 88% от уровня доходов граждан в 1991 г. В 2005 г. России пока еще не удалось превзойти дореформенный уровень ни по ВВП (87,3% от уровня 1990 г.), ни по большинству других количественных и качественных параметров экономики. Среднестатистический российский работник вынужден производить на один доллар часовой заработной платы валового внутреннего продукта больше, чем аналогичный работник в США, в 2,7 раза; в Великобритании — в 2,8; в Германии — в 3,8 раза. Россия отстает от США по производительности труда в 5–6 раз, а по средней заработной плате — в 10 раз и более. За годы реформ реальная заработная плата в России снизилась почти в 2,5 раза, среднедушевой доход — в 2 раза. Цифры свидетельствуют: «Такой высокой эксплуатации наемного труда, как в России, не знает ни одна развитая экономика мира» (76).

Ежегодно празднующая с 4 ноября 2005 г. «День народного единства» российская нация далеко не едина в социальном отношении. Сравнивая богатых и бедных россиян, уместно процитировать академика Д.С. Львова: «Сейчас бок о бок существуют две России. Одна — богатая, приближающаяся по уровню жизни к развитым странам, другая — считающая рубли от получки до получки, от пенсии до пенсии. Первая Россия по количеству населения (30 млн человек) меньше Польши. Вторая — 115 млн, или около 80% населения, — самая большая страна в Европе» (77). В 2000 г. доходы 10% самых обеспеченных и 10% самых бедных россиян отличались в 13,9 раза, в 2006 г. разрыв, по данным Росстата, увеличился до 15,3 раза. А по экспертным оценкам Центрального экономико-математического института РАН этот разрыв значительно больше и составляет около 30 раз. В частности, в Москве, по официальным данным Мосгорстата, в 2006 г. этот показатель составил 41 раз (78).

Минимальная зарплата в 2004 г. была в 4 раза ниже прожиточного уровня. А средняя за годы реформ составляла по стране всего 70% от бывшей в 1990 г. По стандартам ООН, в России за чертой бедности (с доходами менее 4 долларов на человека в сутки) находилось две трети населения (79). Правда, по числу долларовых миллиардеров (33) Россия к 2006 г. заняла второе место после США. Москва по числу миллиардеров (25) уступала только Нью-Йорку с 40 миллиардерами, опередив Лондон (23 миллиардера) (80).

По итогам 2007 г. журнал «Форбс» насчитал в России 87 миллиардеров (вместо 53 в 2006 г.). Москва стала мировой столицей супербогачей. Здесь их стало 74 — больше, чем в каком-либо другом городе мира. Список российских миллиардеров открывает О. Дерипаска (состояние 38 млрд долл.), занимающий девятое место в списке самых богатых людей планеты. Во второй десятке значатся Р. Абрамович с состоянием 23,5 млрд долл., А. Мордашев (21,2 млрд) и М. Фридман (20,8 млрд), в третьей — В. Лисин (20,3 млрд), М. Прохоров (19,5 млрд) и В. Потанин (19,3 млрд), занявший 25-е место в общем списке миллиардеров (81).

Рост имущественной дифференциации между верхними и нижними слоями населения при отсутствии сколько-нибудь значительного среднего класса (а за этим — неминуемое обострение социальных противоречий) отягощается вызывающим антипатриотизмом многих «новых русских». Они привыкают смотреть на Россию не как на собственный дом, а только лишь как на рынок, место, где зарабатываются деньги, тратить же их, обзаводиться недвижимостью и другой собственностью они предпочитают за границей (82). Такие «приобретения» Преображенской революции рождают массовое недовольство. Говоря словами писателя Ю. Бондарева, «народ почувствовал: все наши милые обещанные реформы не сделали движения вперёд»: «деревня обеднела, экономика буксует, культура опустилась на несколько ступеней, СМИ никак не приблизятся к насущным проблемам и бедам народа» (83).

Несмотря на очевидные противоречия и жизненные трудности, у россиян в целом имеются основания для оптимизма. К концу 2006 г. по ВВП на душу населения Россия возвратилась к уровню 1989 г., когда наблюдался рекордный уровень экономического роста. В Послании Президента РФ Федеральному Собранию от 26 апреля 2007 г. отмечено, что Россия «полностью преодолела длительный спад производства» (84). На заседании Госсовета 8 февраля 2008 г. было доложено, что за восемь лет реальные доходы граждан возросли в 2,5 раза, почти на столько же повысились пенсии. При этом уровень безработицы и бедности снизился в 2 раза. В стране преодолено преобладание смертности над рождаемостью (85). Казалось, что начался этап подлинного возрождения страны. К сожалению уже в ноябре 2008 г. Россия встретилась с новой напастью — общемировым финансовым кризисом, начало которому положил американский ипотечный кризис (86). В результате, уже в январе 2009 г. российские потери от кризиса составили более триллиона долларов (87). 28 июля 2009 г. глава Российского союза строителей В. Яковлев объявил, что на данный момент в стране заморожено 80% строительных объектов, а новые объекты не появляются (88). По данным Минэкономразвития, объем валового внутреннего продукта РФ во II квартале 2009 г. снизился по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на 10,9% (89). Очевидно, что при таком повороте событий, цель удвоения ВВП России уже в начале 2010 г., которая казалось достижимой еще в сентября 2008 г. (90), отодвигается в неопределенное будущее. По прогнозам Всемирного банка, реальный ВВП России может вернуться на докризисный уровень к концу III квартала 2012 г. (91)

Главным основанием для оптимизма россиян является не столько несколько сократившееся отставание от передовых стран мира по уровню жизни населения в начале XXI в. (по данным ООН на ноябрь 2006 г., Россия занимает 65 место в списке из 177 стран мира (92)), сколько природные богатства страны. Россия располагает самыми крупными в мире запасами газа, питьевой воды, леса, пахотной земли. Ее доля — 2,6% в населении Земли, 14% территории суши в мире, 35% мировых природных ресурсов (93).

По данным Министерства природных ресурсов Российской Федерации, представленным на выставке «Национальное достояние России» в ноябре 2005 г., к настоящему времени в России открыто и разведано 20 тысяч месторождений различных видов полезных ископаемых, около 40% из них введено в промышленную эксплуатацию. Валовая потенциальная ценность разведанных запасов полезных ископаемых в России на начало третьего тысячелетия оценивается в 30 триллионов долларов, а прогнозируемый потенциал — в 150 триллионов. По этим данным РФ значительно опережает США, геологические запасы ископаемого сырья которых оцениваются в 8 триллионов долларов (94). При суммарной оценке приходящихся на долю России мировых энергоресурсов (35%) и стратегического сырья (50%), каждый гражданин России оказывается в 3–5 раз богаче американца и в 10–15 раз — любого европейца (95). Однако преодоление нынешнего экономического кризиса и новый устойчивый рост экономики возможы лишь при качественном изменении сырьевой структуры российской экономики на инновационную (96). «Кризис поставил нас в такие условия, когда мы должны будем принять решение по изменению структуры экономики, иначе у нашей экономики нет будущего» (97).

Достижение объективного и достоверного знания о прошлом возможно при сочетании различных подходов к изучению и разных оценочных критериев в отношении событий, явлений, личностей. Это позволяет рассматривать и представлять отечественную историю XX в. как летопись многоцветной советской и российской цивилизации. Оценки роли личности в истории, как правило, тоже неоднозначны. К примеру, Сталин, с точки зрения государственности, — великий герой, с точки зрения прав человека, — душегуб и злодей. При этом полагаем, что огульное осуждение прошлого, борьба с ним в традициях «школы Покровского» не только бессмысленно, но опасно. В данном случае актуален А.С. Пушкин, сказавший в свое время: «Уважение к минувшему — вот черта, отличающая образованность от дикости. Гордиться славою своих предков не только можно, но и нужно»(98). Уместно помянуть в этой связи У. Черчилля, который предупреждал: «Если мы будем сражаться с прошлым, мы потеряем будущее» (99).

По мнению американского политолога С. Хантингтона, автора книги «Столкновение цивилизаций и передел мирового порядка» (1993), в современном мире, после разрушения СССР и, соответственно, крушения биполярной системы «холодной войны», формируется новая мировая система. Ее субъектами являются цивилизации, различия между которыми определяются в первую очередь религией. Столкновения между ними представляются неизбежными (100). Российские ученые, в частности, академики Н.Н. Моисеев, Л.В. Милов, Е.М. Примаков (101), находят такую категоричность безосновательной. Они полагают, что особенности цивилизаций диктуются прежде всего условиями жизни, особенностями территории, природно-климатическим фактором. Религия государствообразующих народов оказывает огромное влияние на развитие цивилизаций. Однако она, как и системы взглядов, именуемые «национальными идеями», обычно гораздо моложе цивилизаций. «Цивилизации выбирают религию и адаптируют ее к своим традициям, оправданным историческим опытом» (102). Это утверждение справедливо в отношении не только западной, но и любой из национальных идей. Столкновение цивилизаций не предопределено их различиями. Его не произойдет при условии, если наиболее могущественная из цивилизаций перестанет претендовать на то, чтобы вырабатывать «правила поведения государств на мировой арене» и возьмет курс «на приспособление к реальной перспективе многополярного мира» (103). В этой связи особую актуальность приобретают призывы А.А. Зиновьева о необходимости решительного отпора европо- и американоцентризму («западнизму»), выдающему себя на словах за «глобализацию» на базе «общечеловеческих ценностей», но на деле отождествляющему западную цивилизацию с общечеловеческой, а прогресс — с всемирной вестернизацией (104).

Задача народов состоит не в том, чтобы «модернизироваться» по образу и подобию «десятки западных стран», а в том, чтобы разумно использовать особенности своей цивилизации, своего природного и человеческого потенциала, устраивать свою жизнь и взаимоотношения с соседями как можно лучше и справедливее. Россия — самоценный мир, самостоятельная (в не меньшей степени, чем, например, германская, китайская, японская) цивилизация. Надо не только догонять, и уж явно не во всем, но, учитывая тенденции мирового развития, идти на опережение, определяя свой собственный путь. «Идущий по следу никогда не обгонит», — говорил Леонардо да Винчи (105). Р.Л. Бартини, выдающийся российский авиаконструктор, занимавшийся помимо авиации космогонией и философией, задаваясь в свое время вопросом о том, может ли отстающая система превзойти в своем развитии передовую, отвечал: может. При этом вовсе не обязательно гнаться за лидером по намеченному им пути. В своих разработках, на десятилетия опережающих свое время, конструктор действовал по принципу: «Если не удается обогнать, то иди наперерез, так быстрее» (106).

Важнейшую роль в истории нашей страны играл национальный фактор, ее многонациональность. Трудами многих исследователей показано, что «советский империализм» был более гуманен, чем его западные классические образцы. В некоторых аспектах он давал «младшим» партнерам даже большие возможности, чем западные модели. Трудно представить, например, индийца премьер-министром Соединенного Королевства, а вьетнамца президентом Французской республики. В Советском Союзе из семидесяти лет его истории значительная часть приходится на годы правления, когда лидерами страны были лица нерусской национальности. История национальной политики большевиков с первых лет советской власти была историей постоянного преодоления возникающих в многонациональном государстве трудностей усилиями прежде всего русского народа, что существенно сдерживало потребление в РСФСР произведенной продукции (107), замедляло рост уровня жизни. В результате уже к моменту первой послевоенной переписи населения в 1959 г. русские утратили численное преобладание в составе населения «империи», и этот факт тогдашнему руководству страны пришлось скрывать (108). Судя по нынешней демографической ситуации в России, новая российская власть в этом отношении оказалась еще менее состоятельной, чем советская.

Тем не менее, на протяжении истории СССР прослеживается определенная эволюция представлений о нации, о роли русского народа в отечественной истории, о национальном и государственном патриотизме. Прослеживаются и соответствующие изменения в национальной политике. Общее направление этих изменений — уступки «истинного интернационализма», обрекавшего нацию на истощение, национальному патриотизму, предполагающему ее сохранение и развитие.

Важнейшими вехами на пути этих уступок были: 1925 г. — выдвижение лозунга о расцвете национальных культур при социализме вместо его категорического отрицания большевиками в дореволюционный период; 1930 г. — отнесение времени появления «зональных» исторических общностей, якобы приходящих на смену социалистическим нациям, за пределы победы социализма в одной стране; 1934 г. — возведение патриотизма, любви к Родине в ранг высшей доблести советского человека; восстановление отечественной истории в правах учебной и воспитательной дисциплины в школе; 1935 г. — осуждение национального нигилизма в предшествующей деятельности коммунистической партии; 1936 г. — возведение русского народа в ранг великой передовой нации вместо ее поношения в 1920-е гг. как «бывшей угнетающей нации» и воплощения отсталости; конец 1937 — изобретение для русского народа привлекательной роли старшего брата, безвозмездно оказывающего помощь младшим (отставшим в историческом развитии) народам-братьям (109). В этом же году была создана новая версия истории, где СССР выступил продолжателем всего самого хорошего и здорового, что было в дореволюционной России (110).

Национально-государственный патриотизм оказался одним из самых мощных факторов победы в Великой Отечественной войне. Превращение войны в отечественную, национальную, а не классовую, с позиций коммунистического фундаментализма было вынужденным и временным отходом от идей революции и пролетарского интернационализма, неким «идеологическим нэпом», как тогда говорили (111). Однако ставка на патриотизм и «национализм» оказалась абсолютно необходимой и единственно верной. Безудержная эксплуатация русского национального духа, национал-патриотизма во многом обусловила коренной поворот в ходе войны и, в конечном итоге, саму Победу. Как позднее написал И.Л. Солоневич, «разгром Гитлера есть, конечно, результат национального чувства, взятого в его почти химически чистом виде» (112).

Благотворное значение (несмотря на определенные издержки) имело бескомпромиссное осуждение в СССР в первые послевоенные годы космополитизма — идеологии, проповедующей отказ от национальных традиций, чувств национального достоинства и национальной гордости, нигилистическое отношение человека к своей национальности — к ее прошлому, ее настоящему и будущему. Космополитизм как политическое движение имел своей конечной целью демонтаж национальных государств и создание мирового правительства под эгидой США. Сегодня это движение называется «глобализмом» или «мондиализмом». Кампания по борьбе с безродным космополитизмом явилась хорошей прививкой против этой опасности (113).

К сожалению, прививка оказалась недолговечной. После ХХ съезда партии, осудившего «культ личности» и тоталитаризм сталинской эпохи, низкопоклонство перед Западом оживилось и со временем захватило сознание значительной части советской элиты, включая высшие слои номенклатуры. Ярким свидетельством этому служат книги Ф.М. Бурлацкого, руководителя группы консультантов («аристократов духа») при Ю.В. Андропове. В одной из книг он пишет: «Настоящая вспышка моего сознания — и какая! — на всю оставшуюся жизнь, — произошла при посещении Западной Европы. В 1956 г. на теплоходе «Победа» мы посетили 11 стран — Греция, Италия, Франция, Голландия, Швеция, Финляндия и другие. Это было абсолютное потрясение. Афины, Рим, Париж. Это была сказка! Какая архитектура, какие музеи, какие здания, дороги и главное — свобода! Свобода! Я понял тогда, что мы живем в отсталой полуфеодальной стране, закрытой от всего мира — не только невозможностью выезда, контактов, но и всей идеологией, авторитарным режимом. Именно к этому времени восходит мое западничество — не как вера в механическое заимствование европейского образа жизни, а как осознание отсталости нашей власти и общества, необходимости поиска реальных путей преодоления пропасти. Это чувство, которое глубоко проникло в мое сознание, отразилось еще в моей первой книге о Н.А. Добролюбове (114), а захватило меня оно при первом прямом знакомстве с Западной Европой» (115).

За время, прошедшее с начала 1990-х гг., существенно расширились возможности создания все более адекватной картины сравнительно недавнего исторического прошлого страны. Из-под покрова тайн, умолчаний и догматических напластований высвобождаются идейные основы эволюции внутренней и внешней политики государства. В научный оборот введены разнообразные комплексы архивных документов. Необычайно расширился поток изданных воспоминаний и размышлений участников исторических событий. Освещаются события, имена и деяния, до недавнего времени составлявшие государственную тайну. Высказано немало оригинальных идей и концепций, по-разному объясняющих исторические факты и процессы. Распад СССР породил массу попыток вскрыть истинные причины этого события, побудил пристальнее анализировать противоречия, сопровождавшие развитие Союза от рождения до крушения.

Приспособившееся жить и выживать на руинах СССР население начинает все отчетливее осознавать, что распад «империи» явился следствием не только неразумной политики властей. Главная причина — в морально-психологическом надломе русских как государствообразующей нации, в отказе государствообразующего народа от роли хранителя союзной государственности, от значительной части своего народа (с 1991 г. народ разделен границами СНГ) и собственной истории (116).

Естественным ответом на кризис национального бытия в наше время является этнизация русского сознания (117), возрождение здорового национализма, осознание простых истин: в России только русские (более 80% населения страны (118)), способны удержать постсоветское жизненное пространство в его нынешних границах, что многонациональная Россия и впредь должна быть в первую очередь государством русского народа и что ни в каком ином качестве она существовать и развиваться не может, что только государствообразующий русский народ (119) может быть подлинным гарантом свободы культурно-национального развития всех проживающих в России народов на основе гражданского равноправия, социальной и национальной справедливости. Как показывают социологические опросы, в лозунге «Россия для русских» не видят ничего предосудительного 60% россиян и среди них более 85% русских (120). Цифры означают, что россияне воспринимают этот лозунг с позиции здравого смысла: «Россия для русских в такой же мере, как и для всех россиян», а вовсе не как «Россия только для русских» или «Россия только для национальных меньшинств или иммигрантов» (121).

Близится окончание первого двадцатилетия со времени вступления России в новый этап своего развития, ознаменованного разрывом с коммунистической идеологией и распадом СССР. Его итоги с некоторой определенностью позволяют говорить о том, что отказавшись от своего недавнего «интернационалистического» прошлого, страна не пошла по пути возврата к досоветским порядкам, не приняла предлагавшиеся ей проекты монархической и теократической направленности. В то же время она не принимает либерально-космополитические и глобалистские идеологические системы. Внутреннюю и внешнюю политику России все отчетливее определяет приверженность защите национально-государственного суверенитета и поддержание многополярности мира. В советское время как недопустимый объективизм в науке осуждались предложения о замене «классового анализа исторических фактов оценкой их... с точки зрения национально-государственных интересов» (122). К нашим дням определяющей становится отвергаемая ранее точка зрения. Представляется приемлемой и позиция тех, кто названные критерии считает нужным не противопоставлять, а сочетать.

Полагаем, что освещение отечественной истории от рубежа 1917 г. до наших дней с позиций национально-государственного патриотизма, которое воплощено в новейших учебниках и пособиях для вузов (в частности, созданных при нашем участии (123)), помимо своего прямого предназначения, может способствовать выработке рационального отношения к прошлому, формированию духовно-национальной идентичности, осознанному отношению к новым партийно-политическим программам и идеологиям, недостатка которых наше время явно не испытывает.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Грищенко Б. Под перевернутым флагом // Аргументы и факты. 2001. 19 декабря. Над домом российского правительства триколор был поднят 22 августа (отмечается как «День Государственного флага Российской Федерации»). Другими важнейшими событиями Августовской или Преображенской революции 1991 года были деятельность (19–22 августа) и арест (22–29 августа) членов Государственного комитета по чрезвычайному положению, демонтаж 22 августа по постановлению Моссовета памятника Ф.Э. Дзержинскому (это стало символом конца коммунистического режима в СССР), разгон ЦК КПСС и указ о приостановлении деятельности КП РСФСР (23 августа), провозглашение независимости Украины и Белоруссии (24 августа), сложение М.С. Горбачевым с себя полномочий Генерального секретаря ЦК КПСС (25 августа). Начало революционных потрясений приходится на 19 августа — празднование христианской церковью Преображения Господа Иисуса Христа.

2. См.: Социализму в России альтернативы нет. М., 2000; Бузгалин А.В. Ренессанс социализма. М., 2003; Ацюковский В.А. Основы коммунистической идеологии и современность. М., 2004; Славин Б.Ф. Социализм и Россия. М., 2004; Клоцвог Ф.Н. Социализм: Теория, опыт, перспективы. М., 2005; Солопов Е.Ф. Социализм. XXI век. М., 2005; Медведев Р.А. Социализм в России? М., 2006; Петров В.П. Социология СССР. Очерк становления и гибели Советского Союза. М., 2007; Социализм-21. 14 текстов постсоветской школы критического марксизма. М., 2009 и др.

3. Фукуяма Ф. Конец истории // Вопросы философии. 1990. № 3.

4. Штомпка П. Социология социальных изменений. М., 1996.

5. К. Маркс полагал, что основное противоречие между общественным характером капиталистического производства и частнособственнической формой присвоения может быть разрешено победой одного из противоречий, т.е. общественный характер производства должен преодолеть частнособственническую форму присвоения. Это предположение было ошибой. «Диалектическое противоречие не завершается победой одной из сторон — оно завершается синтезом, т.е. переходом борьбы и единства этих противоречий на новый, более высокий уровень. Именно поэтому основное противоречие капитализма обеспечивает вот уже 250 лет постоянное совершенствование и развитие капиталистического способа производства» (Айвазов А. Куда несет Россию? // Агентство политических новостей. 2009. 21 августа. http://www.apn.ru/publications/article21867.htm).

6. Гимн Коминтерна. Слова И. Френкеля, музыка Г. Эйслера // http://al-malakhov.jino-net.ru/spec/poy/index.html .

7. См.: Леонтьев А. Призрак возвращается // Литературная газета. 2008. 12–18 марта. С. 3.

8. Бухарин Н.И. Избранные произведения. М., 1988. С. 390. Об истории нашей страны как особой цивилизации см.: Платонов О.А. Русская цивилизация. М., 1995; Кара-Мурза С.Г. Советская цивилизация. М., 2001–2008; Кеслер Я.А. Русская цивилизация. М., 2002; Русская цивилизация: история и современность. М., 2003; Афанасенко И.Д. Русская цивилизация: История развития. СПб., 2006; Афанасенко И. Д. История русской цивилизации: В 3 кн. СПб., 2007; и др.

9. Семенникова Л.И. Цивилизации в истории человечества. Брянск, 1998. С. 4.

10. См.: Ильин В.В., Панарин А.С., Ахиезер А.С. Реформы и контрреформы в России. Циклы модернизационного процесса. М, 1996; Лейбович О.Л. Модернизация в России. К методологии изучения современной отечественной истории. Пермь, 1996; Красильщиков В.А. Вдогонку за прошедшим веком. Развитие России в ХХ веке с точки зрения мировых модернизаций. М., 1998; Проскурякова Н.А. Концепции цивилизации и модернизации в отечественной историографии // Вопросы истории. 2005. № 7; и др.

11. См.: Калашников М. Сломанный меч империи. М., 2002. С. 302; Комаров К. Американцы погубят планету // Взгляд: Деловая газета. 2006. 12 октября.

12. См.: Комаров К. Указ. соч.

13. В «золотой миллиард» не включаются Южная Корея, Тайвань и Сингапур — «азиатские тигры», почти догнавшие (а Сингапур и превзошедший) по уровню душевого дохода страны Европы.

14. См.: Кудрявцев М., Миронин С., Скорынин Р. Секрет богатства золотого миллиарда, 8 января 2005 г. // http://www.glazev.ru/associate/500/ .

15. Тойнби А. Дж. Постижение истории. М., 1991.

16. Шахназаров Г.Х. Откровения и заблуждения теории цивилизаций. М., 2000. С. 5.

17. См.: Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой. М., 2005; Князева Е.Н. Одиссея научного разума. Синергетическое видение научного прогресса. М., 1995.

18. См.: Хакен Г. Синергетика. Иерархия неустойчивостей в самоорганизующихся системах и устройствах. М., 1985; Его же. Тайны природы. Синергетика: наука о взаимодействии. М.; Ижевск, 2003.

19. Зверева Г. Конструирование культурной памяти: «Наше прошлое» в учебниках российской истории // Новое литературное обозрение. 2005. № 74.

20. См.: Моисеев Н.Н. Человек и ноосфера. М., 1990; Он же. Современный рационализм. М., 1995; Он же. Размышления о современной политологии. М., 1999; и др.

21. Ласло Э. Век бифуркации. Постижение меняющегося мира // Путь: Международный философский журнал. 1995. № 7.

22. Капица С.П., Курдюмов С.П., Малинецкий Г.Г. Синергетика и прогнозы будущего. М., 2001. С. 16.

23. Прохоров А.М. Физика // Большая советская энциклопедия. М., 1977. Т. 27. С. 337.

24. См.: Логунов А. Отечественная историографическая культура: современное состояние и тенденции трансформации // Образы историографии. М., 2001. С. 8–9.

25. Чаадаев П.Я. Статьи и письма. М., 1989. С. 157.

26. Карамзин Н.М. Соч. Л., 1984. Т. 2. С. 49–50.

27. Переписка А.С. Пушкина. М., 1982. Т. 2. С. 290.

28. Ключевский В.О. Соч.: В 9 т. М., 1987. Т. 1. С. 62.

29. Толстой Л.Н. Собр. соч. В 22 т. М., 1985. Т. 21. С. 106.

30. Соловей В.Д. Поклонение «священным коровам» // Литературная газета. 2008. 10 сентября.

31. www.stm.ru/archive/06-02/04.html .

32. Выступление английского кинорежиссера Кена Лоха на презентации протроцкистского кинофильма «Земля и воля» в Мадриде, в 1995 г. цит. по: Кара-Мурза С.Г. Манипуляция сознанием. М., 2001. С. 201.

33. Цит. по: Кичин В. Михаил Швыдкой: Мы по-прежнему живем мифами // Российская газета. 2003. 9 апреля.

34. Цит. по: Медведев Р.А. Великая Отечественная война: память и наследие в странах СНГ // Свободная мысль. 2006. № 7–8. С. 198.

35. См.: Алиев И.И. Этнические репрессии. М., 2008. С. 419.

36. Цит. по: Болтовский И.Россия: ХХ век — предварительные итоги // Правда-5. 1996. 16–23 августа. С. 7.

37. Ельцин Б.Н. Записки президента. М., 1994. С. 246.

38. Горбачев М.С. Целью моей жизни было уничтожение коммунизма: Речь на семинаре в Американском университете в Турции // Советская Россия. 2000. 19 августа.

39. Яковлев А.Н. Большевизм — социальная болезнь XX века // Черная книга коммунизма. Преступления, террор, репрессии / Куртуа С. и др. М., 1999. С. 14.

40. Лужков Ю.М. Мы дети твои, Москва. М., 1996. С. 272, 275.

41. Бутаков Я. Дорожная карта для Европы, 2005. 13 мая // http://www.apn.ru/publications/print1395.htm.

42. Сергеев С.М. Русский национализм и империализм начала ХХ века // Нация и империя в русской мысли начала ХХ века. М., 2004. С. 5.

43. См.: Марьина В. Георги Димитров — советский гражданин. 1934–1945 гг. (по материалам дневников Г. Димитрова) // Россия XXI. 2007. № 4. С. 101. И.В. Сталин цитируется по записи Г. Димитрова от 12 мая 1941 г.

44. Цит. по: КафтанЛ. Что ждет Россию с Медведевым // Комсомольская правда. 2008. 8 мая.

45. Тишков В.А. Забыть о нации: Пост-националистическое понимание национализма // Вопросы философии. 1998. № 9; Он же. Реквием по этносу: Исследования по социально-культурной антропологии. М., 2003.

46. Тишков В.А. Есть такая нация // Реальность этноса. СПб., 2006. С. 24.

47. Шафаревич И. Р. Будущее России // Золотой Лев. 2009. 15 января. № 181–182 (www.zlev.ru).

48. Костиков В. Из какой России мы родом? // Аргументы и факты. 2004. № 45.

49. Цит. по: Стеркин Ф. Возвращение Дзержинского на Лубянку опять не состоялось // http://old.strana.ru/stories/02/09/30/3164/224420.html .

50. http://www.consultant.ru/online/base/?req=doc;base=LAW;n=72113 .

51. Цит. по: Левин К. Национальная идея Путина // Коммерсантъ. 1999. 24 декабря.

52. Путин В. В. Заключительное слово на совещании по проблемам развития малых городов России. 17 июля 2003 г., Старая Ладога // http://www.kremlin.ru/appears/2003/07/17/1800_type63378type82634_49025.shtml .

53. Путин: школьные учебники — не площадка для политической борьбы, с истории "надо снять всю шелуху и пену", 27 ноября 2003 г. http://www.newsru.com/russia/27Nov2003/pres.html ; Путин объяснил, что теперь у нас будет патриотичная история, 27 ноября 2003 г. // http://www.revkom.com/lenta/03112702.htm .

54. Сурков В. Суверенитет — это политический синоним конкурентоспособностии: Стенограмма выступления заместителя Руководителя Администрации Президента России — помощника Президента России Владислава Суркова перед слушателями Центра партийной учебы и подготовки кадров Всероссийской политической партии "Единая Россия", 7 февраля 2006 г. // http://www.rosnation.ru/printVer.php?print=1&D=66 .

55. См.: Послание Федеральному Собранию Российской Федерации Президента России Владимира Путина // Российская газета. 2007. 27 апреля (№ 353). Характерен отклик из Якутии, автор которого получил из этого послания ответ на вопрос «Кто такой мистер Путин?», долгое время с пресс-конференции в Давосе в феврале 2000 г. не дававший покоя многим обитателям заграницы и соотечественникам. «“Мистер Путин” — это Путин этого послания, этого настоящего фундаментального послания, которое вобрало в себя чаяния подавляющего большинства народа. Я абсолютно убежден, что это антиельцинское послание. Оно хоронит Ельцина и ельцинизм 90-х годов. Все. Тут все основные пункты — это то, что вожделеем мы, патриоты России, которые хотим великой России в первую очередь. Пусть она будет свободной, пусть она будет справедливой, пусть она будет с правами человека, но величие — прежде всего. Величие, мощь, сила и отсутствие внешнего управления перед лицом внешних, внутренних, восточных, западных врагов. Вот здесь это сказано не просто в каждом слове. Все послание есть о том, что Россия либо будет великой, либо никакой. То есть здесь речь идет о суверенитете в полноценном экономическом, социальном, политическом содержании. Я был противником 90-х, та новая Россия мне категорически не нравилась. В ту новую Россию, уже по-новому новую Россию, которую стал строить Путин с 2000 г., я стал постепенно ангажироваться, встраиваться, поддерживать ее. Я считаю, что это кульминация — то, что произошло при чтении этого послания. Кульминация правоты наших чаяний и нашей поддержки президента» (Кривошапкин-Айына А. Россия после ельцинизма. Послание президента евразийцам // Коммерческий вестник Якутии. 2007. 11 мая. Цит. по: http://www.sakha.gov.ru/print.asp?c=11910 .

56. «Либо мы станем могучими и влиятельными, либо нас не будет вообще», — подзаголовок статьи о выступлениях в Вятке политолога, депутата Государственной думы С.А. Маркова (Машкина И. Россия обречена быть великой державой // Вятский край. 2009. 27 января. Цит. по: http://www.vk-smi.ru/2009/2009_01/vk_09_01_27_01.htm/ .

57. Третьяков В. Неизбежность Союза // Профиль. 2008. 15 сентября. № 34

58. Красная звезда. 2001. 2 марта.

59. См.: Государственная программа «Патриотическое воспитание граждан Российской Федерации на 2006–2011 гг.». М., 2006.

60. Моисеев Н.Н. С мыслями о будущем России. М., 1997. С. 87.

61. Сурков В. Суверенитет — это политический синоним конкурентоспособности.

62. Пушкин А.С. О народном воспитании, 15 ноября 1826 г. // Пушкин А.С. Полное собрание сочинений: В 10 т. Т. 7. Критика и публицистика. Л., 1978. С. 34.

63. http://news.mail.ru/politics/1363208/ .

64. См.: Филиппов А.В. Новейшая история России. 1945–2006. Книга для учителя. М., 2007; История России: 1945–2008 гг.: Книга для учителя / Под ред. Филиппова А.В. 2-е изд., дораб., доп. М., 2009; История России. 1900–1945. Книга для учителя / Под ред. А.А. Данилова, А.В. Филиппова. М., 2009; История России, 1945–2008 гг.: 11 класс: Учебник для учащихся общеобразовательных учреждений / Под ред. Данилова А.А., Уткина А.И., Филиппова А.В. 2-е изд. М., 2008; Обществознание: Глобальный мир в XXI веке. 11 класс. Книга для учителя / Под ред. Л.В. Полякова. М., 2007; Обществознание: Глобальный мир в XXI веке. Учебник. 11 класс / Под ред. Л.В. Полякова. М., 2008: и др. См. также: Школьный учебник истории и государственная политика / Багдасарян В.Э., Абдулаев Э.Н., Клычников В.М. и др.; Под ред. В.И. Якунина. М., 2009.

65. См.: Суверенитет: Сборник / Сост. Н.В. Гараджа. М., 2006. С. 139.

66. Путин В.В. Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации от 25 апреля 2005 г. // Российская газета. 2005. 26 апреля.

67. «Самым выдающимся событием прошлого века россияне считают Великую Отечественную войну, она же признана и самым трагическим событием нашей новейшей истории. Таковы данные последнего соцопроса, проведенного ВЦИОМ. Главным разочарованием XX века россияне называют распад СССР — это мнение было таким же и десять лет назад» (Захаров П. Распад СССР — главное разочарование XX века // RBC daily: Ежедневная деловая газета. 2008. 28 октября; http://www.rbcdaily.ru/2008/10/28/focus/388123). «Самым большим разочарованием прошлого века стал для россиян распад СССР (17%). Далее следуют перестройка, бедность, нищета и болезни (по 6%). По 4% «голосов» набрали войны в Чечне и Афганистане, нестабильность в стране, рост цен, взрывы атомных бомб. Для 3% самым большим разочарованием стал крах идей коммунизма. Ниже следуют правление Ельцина и Горбачева, дефолт (по 2%), Великая Октябрьская революция, ухудшение экологии, плохая медицина и сталинский режим (по 1%) (ВЦИОМ: Самым большим разочарованием ХХ века россияне считают распад СССР, 25.10.2008 г. // http://vashdom.vrn.ru/newstext15723.htm).

68. См.: Пушкин А.С. Полн. собр. соч. М.; Л., 1949. Т. 8. Кн. 1. С. 462.

69. См.: Федотова П. И. Национальный нигилизм // Золотой Лев. 2009. 15 февраля. № 185–186. (www.zlev.ru).

70. См.: Самоваров А. Крах самоидентификации, или Почему распался СССР? // Агентство политических новостей. 2009. 25 февраля (http://www.apn.ru/publications/article19536.htm); Его же. Как сверхдержава «накрылась» // Там же. 2009. 21 марта (http://www.apn.ru/publications/article21464.htm). Объяснение причин краха в другой его статье: «Массовое предательство русских было совершено русско-советской номенклатурой. А совершено это предательство было потому, что коммунизм вытравил из русской верхушки КПСС русское национальное самосознание… Русский народ, благодаря стараниям коммунистов, просто не осознавал, что у него есть свои интересы, что в число этих интересов входит защита своих сограждан любой ценой» (Самоваров А. Коричневым по красному. 2008. 23 июня // Агентство политических новостей. 2009. 25 февраля. http://www.apn.ru/publications/article20159.htm). Нужно было пережить крах СССР, чтобы коммунисты, наконец, начали осознавать значимость русского вопроса для судеб страны (см.: Зюганов Г. А. О русских и России. М., 2004; Его же. Русский социализм — ответ на русский вопрос // Правда. 2006. 6 апреля; Коммунисты и русский вопрос: Материалы науч.-практ. конференции. М., 2006; Солопов Е.Ф. Русский вопрос — глобальный вопрос. М., 2007; и др.).

71. См.: Трудный поворот к рынку. М. 1990. С. 10; Биншток Ф. План и рынок: горячиться не надо! // Экономическая и философская газета. 2009. 15 июля. №1-э ( http://www.eifg.narod.ru/kashin1-e-09.htm ).

72. Путин В.В. Обращение Президента России. Беслан, 4 сентября 2004 г. // Российская газета. 2004. 6 сентября.

73. Крайко А. Н.Гениальный ход Сталина // Экономическая и философская газета. 2009. 20 августа. №4-Э (32) http://www.eifg.narod.ru/index.htm

74. Для сравнения: в период Второй мировой войны ВВП в СССР сократился на 24%, в период Великой депрессии в США ВВП уменьшился на 30,5% (см.: Симонян Р.Х. 15 лет спустя: Итоги экономических реформ в России // Свободная мысль. 2006. № 7–8. С. 15).

75. См.: Абалкин Л.И. Россия: поиск самоопределения. М., 2005. С. 98.

76. Львов Д.С. Вернуть народу ренту. М., 2004. С. 61–63.

77. «Бедные» vs «Богатые» // Экономические стратегии. 2005. № 3. С. 58–67.

78. В России слишком много миллиардеров // Русский Вестник. 2008. 10 апреля.

79. См.: Зюганов Г. Мы верим в коммунизм и новый Союз // Правда. 2006. 1–2 августа.

80. Forbes насчитал в России 33 миллиардера // www.lenta.ru/news/2006/03/10/list/ .

81. http://www.rbcdaily.ru/2008/03/07/world/327876 .

82. См.: Год без академика Львова. Жить на рынке невозможно. Беседу вел В. Винников // Завтра. 2008. № 28. С. 6. Учитывая, что 500 миллиардов долларов российской элиты лежат в американских банках, Збигнев Бжезинский предлагает россиянам язвительный вопрос: «Вы еще разберитесь: это ваша элита или уже наша?» (цит. по: Малинецкий Г.Г. Инновации — последняя надежда России // Золотой Лев. 2009. 15 июля. № 205–206 (www.zlev.ru).

83. Бондарев Ю. В России живёт «Царь доллар» // Аргументы и факты. 2009. 11 марта.

84. Российская газета. 2007. 27 апреля.

85. Российская газета. 2008. 14 февраля.

86. См.: Сорос Дж. Финансовый кризис сравним только с распадом СССР // http://top.rbc.ru/economics/21/02/2009/282153.shtml .

87. См.: Финансовый кризис в России, 23 января 2009 г. // http://gko.su/ .

88. Барсуков Ю.В. России заморожено более 80% объектов строительства // http://www.infox.ru/business/realty/2009/07/28/V_Rossii_zamorozhyen.phtml

89. http://top.rbc.ru/economics/11/08/2009/321215.shtml

90. Интервью Председателя Правительства Российской Федерации В.В.Путина французской газете «Фигаро», Сочи, 13 сентября 2008 г. // http://www.government.ru/content/governmentactivity/mainnews/archive/2008/09/13/155451.htm .

91. http://top.rbc.ru/economics/11/08/2009/321215.shtml В августе 2009 г. появились первые объявления российских властей (в лице первого вице-премьера правительства Российской Федерации И.И. Шувалова) о завершении падения экономики и возобновлении экономического роста в стране. В июле этого года российский ВВП оказался больше прошлогоднего июльского на 0,5% (Фроловская Т. Полпроцента оптимизма. Российские власти поверили в экономический рост // RBC daily: Ежедневная деловая газета. 2009. 25 августа; http://www.rbcdaily.ru/2009/08/25/focus/427935 ).

92. http://www.gazeta.ru/2006/11/10/oa_223404.shtml .

93. См.: Кокошин А. Реальный суверенитет и суверенная демократия // Суверенитет. С. 120–123.

94. См.: Котляков В., Агранат Т. Широка страна моя! И много! // Литературная газета. 2001. 5–11 сентября.

95. Кашин В. И. Распорядиться по-хозяйски // Экономическая и философская газета. 2009. 15 июля. № №1-э ( http://www.eifg.narod.ru/kashin1-e-09.htm ).

96. См.: Глазьев С. Ю. Антикризисные меры: просчеты, выводы, предложения. 13 июля 2009 г. // Официальный сайт http://www.glazev.ru/econom_polit/49/; Айвазов А. Указ. соч.

97. Медведев Д. Выдержки из встречи с руководителями политических партий, представленных в Государственной Думе. 10 августа 2009 года. Сочи, Красная Поляна // http://www.kremlin.ru/text/appears/2009/08/220700.shtml

98. Пушкин А.С. Полн. собр. соч. М., 1950. Т. 5. С. 165.

99. http://www.dergachev.ru/doklad/ .

100. См.: Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М., 2003.

101. См.: Моисеев Н.Н. С мыслями о будущем России. М., 1997; Милов Л.В. Особенности исторического процесса в России // Вестник Российской Академии наук. 2003. Т. 73. № 9; Он же. Великорусский пахарь и особенности российского исторического процесса. М., 2006; Примаков, Е.М. Мир после 11 сентября. М., 2002; и др.

102. См.: Моисеев Н.Н. Указ. соч.

103. Примаков Е.М. Указ. соч.

104. См.: Зиновьев А.А. Запад: Феномен западнизма. М., 1993–2008. См. также: Панарин А.С. Искушение глобализмом. М., 2000; Чумаков А.Н. Глобализация. Контуры целостного мира. М., 2009; Рябинин В.А. Идеология «тайны беззакония»: Философский и политический анализ идеологии «мондиализм». М., 2009; Кортунов С.В. Национальная идентичность. Постижение смысла. М., 2009. Конкретные предложения по включению россиян в новую мировую цивилизацию, в которой «глобализм будет постоянно преодолевать национально-государственные и национально-территориальные формы», представлены в «плане Гавриила Попова». Предложения представляются как средство для ускорения перехода к постиндустриализму и преодоления финансового кризиса 2008 г. (см.: Попов Г. Кризис и глобальные проблемы // Московский комсомолец. 2009. 25 марта). Аналогичный план активно пропагандировался в США и Западной Европе в первые годы после окончания Второй мировой войны как средство для предотвращения войн в будушем. Ответом на него в СССР стал появившийся 18 апреля 1947 г. «План мероприятий по пропаганде среди населения идей советского патриотизма» (см.: Сталин и космополитизм. 1945–1953. М., 2005. С. 110–116) и известная кампания по борьбе с космополитизмом, пик которой пришелся на конец января — март 1949 г. (см.: Международные аспекты борьбы с космополитизмом. Пик и спад антикосмополитической кампании // Барсенков А. С., Вдовин А. И. История России. 1917–2007. М., 2008. С. 421–428); Хлобустов О. М. Неизвестный Андропов. М., 2009. С. 598–599; и др.).

105. Сидоров М.А. Идущий по следу никогда не обгонит! (http://www.moskvam.ru/2006/04/sidorov.htm/)

106. См.: Казневский В.П. Роберт Людвигович Бартини. 1897–1974. М., 1997.

107. В 1990 г. потребленный ВВП на душу населения в РСФСР составлял 67% от произведенного, в Белоруссии — 77%. Часть дохода этих республик изымалась для дотаций другим республикам. В результате потребленный ВВП превосходил произведенный на Украине в 1,07 раза, в Молдавии (1,34), Киргизии (1,58), Латвии (1,63), Казахстане (1,75), Литве (1,79), Туркмении (1,88), Азербайджане (2,01 раза). Наибольшими разрывы были в Эстонии (2,27 раза), Узбекистане (2,64), Таджикистане (2,84), Армении (3,10) и Грузии (3,95 раза). По подсчетам специалистов, в конце советского периода, когда уже вводился региональный хозрасчет, дотации национальным республикам из госбюджета составляли около 50 млрд долларов в год (см.: Советская Россия. 1992. № 98–100; Независимая газета. 2002. 21 октября). Аналогичной была политика дореволюционной России. «Правительство с помощью налоговой системы намеренно поддерживало такое положение в империи, чтобы материальный уровень жизни нерусских, проживающих в национальных окраинах, был выше, чем собственно русских, нерусские народы всегда платили меньшие налоги и пользовались льготами» (Миронов Б.Н. Социальная история России периода империи (XVIII — начало ХХ века). СПб., 1999. Т. 1. С. 33). Как ни странно, аналогичное положение сохраняется и после распада СССР. 12 мая 2009 г., накануне визита в Японию, глава правительства России В.В. Путин в интервью японским СМИ отметил: «На протяжении длительного времени — 15 лет — Россия шла навстречу своим партнерам — бывшим республикам Советского Союза и продавала им энергетическое сырье по ценам в несколько раз ниже мировых. За это время мы субсидировали экономики этих стран на десятки миллиардов долларов. Мы считаем, что этот период закончился. Нужно переходить на рыночные отношения» (Русский Обозреватель. 2009. 12 мая // http://www.rus-obr.ru/days/2873 ). Ирония Истории проявилась в том, что власти и поддерживающие их народы бывших республик СССР, осуждая национальную политику России царских времен и советского периода, порой демонстрируют худшие образцы «тюрьмы народов» в отношении «инородцев», заключенных в границы новых государств.

108. Перепись показала, что русских в СССР меньше 50%, Политбюро же требовало, чтобы их было большинство. Один из руководителей переписи А.Я. Боярский предложил переместить в число русских всех, кто указал при опросе, что у него русскими были один из родителей, отец или мать. Пересчет дал искомый результат, а Боярский получил орден Ленина. Еще более критическое соотношение сложилось среди интеллигенции, 60–70% которой, особенно ее высших слоев, составляли нерусские. По официальным данным, в 1959 г. русские составляли 54,6%, в 1970 г. — 53,4%, в 1979 г. — 52,4%, в 1989 г. — 50,6% населения страны (См.: Попов Г.Х. О модели будущего России // Вопросы экономики. 2000. № 12).

109. См.: Вдовин А.И. Русские в ХХ веке. М., 2004. Необходимо подчеркнуть, что 1937 г. является не только трагичной страницей, но и, как убедительно показано в замечательной книге В.В. Кожинова, — началом новой светлой главы советской истории. Этот год был переломным в возрождении русского национального сознания — впервые после революции 1917 г. отмечалось столетие памяти А.С. Пушкина как событие общенационального значения, страна отрешилась от русофобской версии своей истории. С этого времени И.В. Сталин «во многом стремился опереться на те “русские” начала, которые ранее или игнорировались, или подвергались нападкам и прямым репрессиям, ибо определяющим началом был интернационализм, нацеленный на мировую революцию» (Кожинов В.В. Россия. Век ХХ-й (1901–1939). М., 1999. С. 496). Печально знаменитым этот год стал «потому, что до 1937 г. погибали как жертвы красного террора либо люди невинные, либо просто люди откровенно порядочные. Погибали и подвижники Православия. А в 1937 г. впервые жертвами, наряду с достойными людьми, стало начальство, стали сами чекисты, т.е. убийцы предыдущих десятилетий. Двадцать лет они убивали, наконец, через двадцать лет их тоже стали убивать... Но не надо забывать, что когда нам говорят о начале репрессий, это те, кто является либо физическими, либо духовными потомками репрессированных и в значительной степени потом реабилитированных убийц» (Махнач В. Л. Что же было в 37-ом? // Золотой Лев. 2007. № 123-124; www.zlev.ru).

110. Краткий курс истории СССР: Учебник для 3-го и 4-го классов / Под ред. А. В. Шестакова. М., 1937.

111. См.: Вдовин А.И. Национальный вопрос и национальная политика в СССР в годы Великой Отечественной войны: мифы и реалии // Вестник Моск. ун-та. 2003. № 5.

112. Солоневич И.Л. Народная монархия. М., 1991. С. 200.

113. См.: Вдовин А.И. «Низкопоклонники» и «космополиты» // Наш современник. 2007. № 1.

114. См.: Бурлацкий Ф.М. Политические взгляды Н.А. Добролюбова. М., 1954.

115. Бурлацкий Ф.М. Юрий Андропов и аристократы духа. М., 2009. С. 61–62.

116. См.: Русский вопрос: история и современность: В 2 ч. Омск, 1992; Вдовин А.И., Барсенков А.С., Корецкий В.А. Русский вопрос в национальной политике. ХХ век. М., 1993; Козлов В.И. Русский вопрос. История трагедии великого народа М., 1995–1997; Солженицын А.И. «Русский вопрос» к концу ХХ века. М., 1995; Рогозин Д.О. Русский вопрос и его влияние на национальную и международную безопасность: Дис. ... канд. филос. наук. М., 1996; Жириновский В.В. Прошлое, настоящее и будущее русской нации (Русский вопрос: социально философский анализ): Дис. ... д-ра соц. наук. М., 1998; Вдовин А.И. Российский федерализм и русский вопрос. М., 2001; Нарочницкая Н.А. Россия и русские в мировой истории. М., 2003; Севастьянов А.Н. Время быть русским! Третья сила. Русский национализм на авансцене истории. М., 2004; Соловей В.Д. «Русский вопрос» и его влияние на внутреннюю и внешнюю политику России (начало XVIII — начало XXI вв.): Дис. ... д-ра ист. наук. М., 2005; Шафаревич И.Р. Русский вопрос. М., 2005, 2009; Лебедев С.В. Русские идеи и русское дело. СПб., 2007; Русский вопрос / Под ред. Г.В. Осипова, В.В. Локосова, И.Б. Орловой. М., 2007; Иванов В.Н., Сергеев В.К. «Русский мир» и социальные реалии. М., 2008; Самоваров А.В. Перспективы русского национализма: национализм с человеческим лицом. М., 2008; Белов Ю. П. О судьбе русского вопроса // Правда. 2009. 21–24 августа; Семанов С.Н. Русское возрождение: борьба продолжается. М., 2009; Соловей Т.Д., Соловей В.Д. Несостоявшаяся революция: Исторические смыслы русского национализма. М., 2009; Ципко А.С. Ценности и борьба сознательного патриотизма. М., 2009; и др.

117. По данным социологов, в 1986 г. 78% русских считали себя советскими, а русскими — лишь 15%. В наше время 42% русских считают себя русскими, остальные — россиянами и советскими людьми (Самоваров А. Почему корёжит Россию // Литературная газета. 2009. 5–11 августа № 32 (6236). Русский вопрос. С. 2).

118. Для сравнения: В Англии собственно англичан 65%; шотландцев — 9,6; ирландцев — 5; уэльсцев — 4,6; индусов и пакистанцев — 3,5; выходцев из Вест-Индии — 3,3; арабов и евреев по 1 проценту. Во Франции собственно французов — 40%; провансальцев — 20; бретонцев — 10; эльзасцев — 3,6; мусульман (всех) — 10; евреев — 3,1; итальянцев — 2,2; португальцев — 1,5; поляков — 1,7; басков — 1,3% (Семанов С. Русское национальное самосознание и Государство Российское // Русский Вестник. 2008. 20 июня. См. также упомянутую статью кандидата философских наук П.И. Федотовой, где аналогичные данные приведены по целому ряду стран).

119. Тезис о русском народе как государствообразующем поддержан ведущими российскими политическими партиями, не только КПРФ (См.: Зюганова Г.А. «Оседлать» проходные заводов: Из выступления на семинаре-совещании руководителей комитетов региональных отделений КПРФ 23 января // Экономическая и философская газета. 2009. 6 февраля), но и «Единой Россией». О том, что «русские и россияне 500 лет являются государствообразующем народом», говорил 7 февраля 2006 г. заместитель главы Администрации Президента В.Ю. Сурков (Ведомости. 2006. 12 мая).

120. См.: Абдулатипов Р.Г. Российская нация: Этнонациональная и гражданская идентичность россиян в современных условиях. М., 2005. С. 50.

121. Комментируя сообщения ВЦИОМ о том, что лозунг «Россия для русских» поддерживали в 1998 г. 43% населения, а в 2007 — уже свыше 70%, известный русский публицист пишет: «Ясно, что такая позиция носит характер защитной реакции людей на фактическое неравноправие своего народа. «Россия не должна быть против русских, не для русских!» — так следует правильно читать и понимать данный лозунг» (Самоваров А. Почему корёжит Россию)

122. Против объективизма в исторической науке // Вопросы истории. 1948. № 2. С. 11.

123. Барсенков А.С., Вдовин А.И. История России. 1917–2007. М., 2008; История России XX — начала XXI века / Под ред. Л.В. Милова. М., 2006–2009; Новейшая отечественная история. ХХ век: В 2 кн. / Под ред. Э.М. Щагина. М., 2008.


© Все права защищены http://www.portal-slovo.ru

 
 
 
Rambler's Top100

Веб-студия Православные.Ру